Мои индийские дневники

Эта страна напоминает мне большое разноцветное лоскутное одеяло, под которым одним всегда тепло, уютно и то, что называется " как дома", а другим - то слишком жарко и душно, то все время что-то мешает, жмет, колется, сползает , и кто-то сразу же кусает только что высунувшуюся из- под одеяла пятку. Короче, на любителя.

Мои лоскутки собирались постепенно. Как после возвращения из очередной поездки, ты складываешь куда-нибудь все привезенные тобою открытки, рекламные проспекты и даже использованные билеты и забываешь про них . Со временем к ним добавляется новая партия, потом еще одна. И вот наступает час Х, когда ты достаешь все эти "секретные материалы" и , сидя на полу , среди раскиданных по ковру трофеев , ты снова повторяешь свои маршруты, перебирая открытки и перелистывая странички своей памяти.

1. Дели- Агра- Джайпур

Мое первое посещение Индии было спонтанным и абсолютно не планируемым. Мое сердце было разбито из-за сорвавшейся долгожданной и предвкушаемой поездки в Тибет, и в таком отчаявшемся положении я просто ткнула пальцем в офисе турагентства, не пропадать же отпуску. Но поскольку я упрямо продолжала носить траур по Тибету, особо готовиться не стала, покидала какие-то вещи в чемодан, наверное ,все-таки почитала что-нибудь об Индии и поехала. Осознание - куда собственно я лечу, меня посетило уже в самолете. Тур составлялся таким образом, что документы , билеты и все необходимые инструкции выдавались мне сотрудником турагентства в аэропорту Москвы прямо перед вылетом , с наставлением влиться в группу из 7 человек по прилету в Дели. Я должна была их опознать по табличке, встречающей нас там стороны. То есть , сидя в самолете, я могла только предполагать, оглядываясь по сторонам, как спецагент, кто из пассажиров окажется моим попутчиком на целую неделю. Из Москвы я вылетала в октябре, поэтому одета я была соответственно, и если в самолете с его кондиционерами я чувствовала себя вполне комфортно в сапогах и теплой кофте, то вступить на индийскую землю в таком обмундировании можно было только с одной мыслью- только бы до отеля продержаться.
В группе помимо меня оказались молодая семейная пара , мама с дочкой , врач скорой помощи из Москвы и дама из Новокузнецка. Единственный мужчина в группе был программистом и с самого начала путешествия не переставая разговаривал по телефону, ему звонили каждые полчаса, там у них постоянно что-то не клеилось и , видимо, не кому было все это разрулить. Его жена относилась к этому спокойно, наверное его вообще согласились отпустить на целую неделю только на таких условиях.

Каждый, впервые прибывший в Индию, получает свое первое посвящение в местные порядки в полном хаосе , творящимся на дорогах. И если в этом хаосе, как в любой живой системе, и есть свои законы, то они спрятаны от посторонних глаз. Тем не менее весь этот непрерывный поток из машин, байков, велорикш, тук-туков и коров, стадами и поодиночке, успешно движется в обоих направлениях, не особо реагируя на светофоры, и все это подкрепляется мощным звуковым сопровождением.
Нашего гида зовут Кумар, он- высокий индиец с отличным русским. Мы будем перемещаться по маршруту Дели- Агра- Джайпур, останавливаясь на пару дней в каждом из городов. Он просит не покидать отель без его ведома, особенно вечером, что мы и делаем, отправляясь на следующий же день по улицам Дели, одни, бродя в поисках интересных впечатлений. Мы гуляем до темноты, идем вдоль улиц, осматривая все подряд, учимся перебегать дорогу , глядя, как это делают местные, попадаем в торговые ряды, торгуемся, меряем, что-то покупаем. Это настоящее Индии, ее реальная жизнь и ее невозможно будет поймать из окна туравтобуса, осматривая дворцы махараджей, посещая специально организованные для туристов культурные мероприятия. Поэтому, будем совмещать!

Агра.
Узнав, что одним из пунктов моей программы по Индии будет Тадж Махал, еще дома моя подруга Светлана привезла мне написанные ею и ее сыновьями желания, упакованные в пакетик и перевязанные ленточкой, с просьбой оставить их в этом достаточно сакральном месте. Идея понравилась другим моим знакомым тоже и ,в результате, я имела мешочек, набитый чаяниями нескольких человек. Но , если в Иерусалимской стене плача, есть специальные места между камнями, куда все и запихивают бумажечки с сокровенным, то здесь такого явно не предполагалось и мой осмотр Тадж Махала был очень скрупулезным еще и по этой причине, мне нужно было найти для выполнения своей миссии походящее место! В Индии и так везде много народа, а в Тадж Махале и подавно, индийцы очень легки на подъем и путешествуют по стране и группами и семьями и классами. И всем им , от природы смуглым, по какой-то причине не безразличны белые иностранцы и есть какое-то непреодолимое желание обязательно сфотографироваться с ними . Переведя на наш язык, как нам непременно хочется сфотографироваться с обезьянкой, где бы ты ее не встретил- на пляже в Сочи у фотографа на плече или разгуливающей по Дели в самом боевом настроении в поисках еды, так и с нами хочется кому-то иметь свой собственный совместный портрет. И, когда я нашла, с одной из сторон мавзолея, углубления в резьбе по камню, то было решено для совершения миссии инсценировать фотосессию и незаметно , отведя руки за спину, постараться запихнуть туда желания. Но индивидуальная фотосессия сразу переросла в интернациональную , с очередью желающих, остаться одним не светило, и тогда я рассталась с записками на глазах у целой толпы наблюдающих не тайно, а торжественно.

В любом путешествии обычно не менее увлекательное действие происходит внутри самой группы. Наш программист продолжал консультировать по телефону, свободным ухом слушая рассказы гида. Дама из Челябинска работала администратором театра и имела четкое задание привести несколько сари, классические индийские украшения и диски с музыкой для новой постановки. И все ее внимание было направлено на это и на нашего гида, которого она сразу взяла в оборот. Доктор скорой помощи, девушка лет тридцати, была этаким бывалым путешественником с длинным списком посещенных ею стран и одним интересным хобби- из всех новых мест она обязательно привозила семена понравившихся растений, которые потом выращивала у себя дома. Мама с дочкой держались в основном отдельно и поразили всех на одной из остановок по дороге из Агры в Джайпур, когда всю группу привели в придорожный ресторан со спецпрайсом для туристов и ,они, изучив цены, ушли, сказав, что найдут для себя что-нибудь подешевле на улице. Удивительно было не само их желание перекусить на улице, а неоднократные заявления до этого о необходимости соблюдения жестких правил гигиены, здесь в Индии.

Я же, в течении года занимаясь йогой и достигнув уже определенных успехов, приставала к гиду с просьбой организовать встречу с " живым настоящим" йогом, раз уж мы тут, на их родине ! Идею поддержали все остальные, и гид пообещал это сделать по прибытии в Джайпур . На вопрос , что мы конкретно хотим от йога, я попросила показать нам какие-нибудь асаны и пранайамы и , возможно, дать рекомендации по их выполнению. Йог нам был обещан, и вечером, прибыв в Джайпур, мы собрались в одном из номеров отеля. Поскольку номер был одноместный и , мы все сидели на полу вокруг кровати, а больше свободного места в номере не было, пришедший йог расположился на кровати в позе полулотоса и попытался изобразить что-то , похожее на йогу. Было видно, что это дается ему не легко, но он честно старался. Первое время мы сидели молча, наблюдая за происходящим, потом стало неловко продолжать так мучить человека, и я решила выручить его- видя какую асану он пытается изобразить, я ее делала сама и объясняла всем ее значение. Он расслабился, заулыбался и на мой вопрос- занимается ли он вообще йогой- сказал, что раньше в юности увлекался, но с тех пор давно уже не практиковал, живот мешает, и согласился он только чтобы помочь другу, нашему гиду.

А путешествие продолжается. И одни картинки сменяются другими. На смену мальчишкам со змеями в коробках, которые сначала охотно дают себя сфотографировать, затем бегут за тобой следом с той же змеей в руках и требуют денег, если ты не хочешь проблем, на смену им приходят индуистские храмы с огромным количеством богов разных уровней и свастикой- символом движения, жизни и благополучия, с колокольчиками на входе и священнослужителем, ставящем нам на лоб тику из цветной пудры. Буддистский храм поражает своим покоем и умиротворением, и среди подушек, раскиданных на ковре, ламы, сидящие тут же, терпеливо и дружелюбно отвечают на все вопросы . Два вечера в Агре мы проводим в бассейне на крыше нашего отеля, что невообразимо приятно после целого дня, проведенного в духоте и влажности. Слава создателю, что кроме нас нет других желающих, и я плаваю в импровизированном купальнике, так как нормальный мне и в голову не пришло взять. 
Каждую остановку при переезде из города в город мы используем для покупки сувениров и расползаемся по всяким лавкам, скупая кто что найдет- вырезанные из кости сцены из Камасутры, Ганешу во всех видах, буклеты с видами достопримечательностей, индийские украшения, слоников, ароматические палочки и масла, ковры, сумки, сари и тд. Еду подают традиционно острую и, наученные опытом первого обеда, все хором просят официанта приготовить нам ВООБЩЕ без специй, настойчиво повторяя это каждый раз, одновременно понимая, что изменить ничего не получится.

Неделя пролетает настолько быстро, что оказавшись опять в аэропорту Москвы, ты невольно думаешь- а ездил ли ты куда или просто прикрыл глаза и задремал на пять минут после обеда и снилось тебе разноцветное лоскутное одеяло и под ним было так уютно и тепло, как дома.

2. ГОА

Во второй раз я ехала в Индию уже целенаправленно, на ГОА, в компании таких же, как и я, практикующих йогу, Рейки и медитации. Предполагалось провести около недели на берегу океана, занимаясь по утрам йогой, днем обучаться у мастера Светланы, по вечерам медитируя перед сном. Затем уехать в Пуну в ашрам ОШО , и через пару дней после возвращения на ГОА, улетать домой.
Все мы жили в небольшом хоумстее в пяти минутах ходьбы от пляжа с минимальными удобствами, но всем самым необходимым. Рано утром, когда мы собирались на йогу, было еще темно ,и, пока мы шли через деревню, а потом вдоль пляжа в поисках уединенного места, постепенно светало. Мы расстилали коврики прямо на песке и начинали заниматься. Пляж неторопливо заполнялся сначала редкими рыбаками, затем практикующими разные виды гимнастик и бегунами. Иногда кто-то присоединялся к нам. Солнце поднималось быстро и сразу становилось жарко. Около девяти мы заканчивали и возвращались по песку до своего кафе, заказывали еду и , пока она готовилась, плавали. Когда заказанное тобою блюдо было готово, официант подбегал к воде и махал руками, приглашая кушать. Свежий сок, тосты, овсяная каша с медом и фруктами, ароматный кофе или только что сваренный масала чай! Насколько все это свежее и вкусное, особенно после двухчасовой йоги и плаванья , в кафе на пляже с видом на океан. Кафе заполнено лишь на половину, поскольку ГОА- место с остановившемся временем, и десять утра- еще слишком рано для многих. Те, кто сидят здесь в это время, неторопливо попивают кофе, читают газету, смотрят на океан, заказывают еду, идут плавать, возвращаются.

Время на пляже всегда летит незаметно и вот уже солнце палит вовсю, становится очень жарко и наступает час для дневных занятий. Мы изучаем технику ребефинга, практикуем ее вместе с Рейки и йогой- нидрой, путешествуем внутрь себя, получаем удивительные опыты, делимся впечатлениями, обсуждаем.

До вечера у нас есть возможность заняться своими собственными делами. Никогда не надоедаемое занятие- бродить по длинной торговой улице, заходя по дороге в разные лавки, рассматривать, прицениваться, набрать свежих фруктов на обед, можно забежать в немецкую кондитерскую с их нереальной пахнущей выпечкой и разными сортами чая.

Я хожу к аюрведодоктору, который принимает в аскетичной хижине на берегу . После осмотра и диагностики, он назначает мне мазь для лица, прямо пальцем зачерпнув ее из какой-то банки и накладывая мне с собой порцию на кусок целлофана. Мазь творит чудеса. Когда по возвращении домой, я взахлеб рассказываю о ней своему косметологу , и она спрашивает название, все что я могу сказать об этой панацеи для меня- вынута пальцем из какой-то банки, взятой под столом.

Мы ездим в соседние деревушки, индуистские темплы, рынки специй и морепродуктов. Однажды рано утром мы уезжаем на дикий черепаший пляж, закрытый для туристов. Черепахи приплывают сюда откладывать яйца , зарывая их глубоко в песке и создавая неподалеку обманные холмики для людей- для безопасности. На пляже дежурит спец охрана, в чьей компетенции следить за черепахами, помечать места откладки яиц флажками и контролировать безопасность и будущих детенышей и нынешних родителей. Океан здесь дикий, не как в туристических бухтах, огромные волны, ветер, стихия. Метрах в стах есть небольшая деревня с несколькими домиками в аренду, для желающих прочувствовать на себе полную изоляцию от мира ,сосновым бором на берегу и парой ресторанчиков. Заказав себе еду в одном из них, мы вдыхаем океанский воздух, смешанный с сосновыми ароматами , поедаем морепродукты и просим счет. Женщина- хозяйка, повар и официант, все в одном лице, сначала недоумевает по поводу счета, затем догадка мелькает на ее лице, она уходит, вторично появляется более официально и объявляет- СЧЕТ, далее сообщая нам сумму. Каждый раз после этого, расплачиваясь в разных местах, мы непременно вспоминали ее счет с выходом и хохотали.

На ГОА темнеет рано, и за полчаса до заката официанты всех прибрежных ресторанов начинают ежевечернюю суету: столы перемещаются прямо на песок ближе к воде, на каждом будет своя собственная лампа со свечой под абажуром, а в центре устраивается костер, из собранных за день сухих пальмовых листьев и волокон. Вечерние посиделки еще более неторопливы, чем утренние. Небо, усыпанное звездами , океан не виден из-за кромешной тьмы и о нем напоминает только шум прибоя с его стороны, длинная цепь горящих вдоль всего пляжа костров напротив каждого ресторана. Завтра мы уезжаем в ашрам.

3. Пуна

Мы едем до Пуны на поезде. Нас любезно отвозит на станцию на своем автомобиле хозяин нашего хоумстея Пракаш, предварительно зачем-то надев поверх одной рубашки вторую. На мой вопрос- Для чего вторая рубашка?, отвечает- Так наряднее.
Поезд поражает воображение. Несмотря на ночной переезд, постельного белья не планируется и мы , зная об этом, захватили простыни. Окна в поезде все нараспах из-за жуткой жары, туда же, прямо в окна отправляется местными весь мусор, банановая кожура, пустые бутылки из-под воды. Вся моя природа восстает против этого и сначала я пытаюсь найти место для мусора в вагоне, но его действительно нет, и, сидящий напротив парень показывает взглядом на окно.

На всем пути поезда по вагону идет нескончаемая вереница торговцев едой- на самодельных лотках, в сумках, термосах, корзинках. Там есть все- масала чай, свежие лепешки, соусы всех видов, рис, что-то наподобие пирожков с разными начинками, омлеты, сладости, фрукты, вода, даже мороженое. Предварительно поклявшись ничего не есть в поезде для безопасности, уже через некоторое время, все начинают поедать сначала свои запасы, потом покупая у торговцев и пробуя местную еду.

В Пуну поезд приходит рано утром и еще очень холодно, градусов пятнадцать, не больше. Мы едем ближе к ашраму и затем долго бродим среди близлежащих домов в поисках сдаваемого в аренду жилья. Комнаты супер дешевые, даже по нашим мерках, с кроватями, туалетом и душем. Это все, что нам надо, так как весь день мы планируем проводить в ашраме. Под потолком нашей комнаты устроены антресоли, полностью забитые чемоданами. Я спрашиваю у хозяйки- Чьи это вещи?- Такие же как вы, каждый год приезжающие в ашрам, вещи оставляют тут, чтобы не возить туда- сюда.

День в ашраме начинается в шесть утра с динамической часовой медитации , и к этому времени с разных сторон к ашраму стекаются ,по темным еще улицам, фигуры в однотоннных бордовых одеяниях, туниках и платьях, разных фасонов, но обязательно одного цвета, с ковриками подмышками и бутылками для воды. Цвет одежд меняется раз в день, вечером, к медитации "Белые одежды", эту своеобразную встречу с учителем.

Магазин спецодежды нужных цветов располагается у входа в ашрам , и мы долго примеряем и выбираем себе платья и носочки в тон, и сумочки для документов и для бутылок воды, коврики и шали, переодеваемся и, как ручеек, вливаемся в общее русло.

Для всех вновь прибывших ежедневно делают обзорную экскурсию с гидами, говорящими на твоем языке. Мы обходим огромную территорию ашрама, основной зал для медитаций- пирамиду, дорога к ней проложена через озеро, специальный зеркальный дом , в одной части которого проводятся медитации " молчание", в другой проживал Ошо. Открытая площадка предназначена для мастер-классов, семинаров, йоги и цигуна в утреннее время и танцев в вечернее. Вокруг бассейна раскиданы столики вегетарианского кафе, неподалеку от них библиотека, Интернет-кафе , места для хранения вещей и переодевания с душем, при входе в ашрам- магазин с переведенными на многие языки книгами Ошо и дисками с его медитациями, а через дорогу- продолжение территории ашрама- большой парк с прудами, ухоженными клумбами, декоративными растениями, бамбуковыми рощами и многочисленными статуями и самого ОШО и Будд, запрятанными в зарослях .

Для одних, это большая интернациональная тусовка. Я разговариваю с японским парнем во время танцевального класса. Он говорит, что живет здесь давно, родители высылают ему деньги, как соскучится- ездит навестить друзей в Японии, потом возвращается снова. Для других, место встречи с мастерами высокого уровня с разных стран мира, и именно здесь можно пройти их мастер-классы, оценить востребованность предлагаемого в своей стране и сразу договориться о сроках проведения семинаров , пригласить учителей, которые планируют свои поездки на год. Для кого то, это шанс предложить желающим свои техники и получить свою международную аудиторию. Для большого количества волонтеров, работающих здесь бесплатно, это возможность получения опыта, как говорит мне наш гид на обзорной экскурсии, девочка с Украины, какого опыта- каждому своего!

Но основная масса здесь для изучения медитаций Ошо. Ты погружаешься в это состояние утром, прерываясь на еду, прогулку , отдых, но все это время- ты там, внутри себя. Ночной сон тоже будет продолжением этой внутренней работы. Всего несколько дней, проведенных в такой атмосфере, ведут к капитальной трансформации. Это понимаешь уже после, возвращаясь в привычный мир, оставленный тобою всего две- три-четыре недели назад. Что-то в нем поменялось и теперь ты знаешь, что именно- ТЫ. Ты по-новому видишь прежние вещи, удивляясь, восхищаясь, изумляясь!
Первый ,кто нам сообщает об изменениях в нас, наш мастер Света, встречающая нас на ГОА, она внимательно обсматривает каждого и дает заключение- вы все другие!
В ашраме я получаю свои новые саньясинские имена- Тарика Аатма . Я выбирала их из большого количества предложенных, внезапно вспомнив один из своих старых снов , в котором я и услышала ранее не знакомое мне имя ААТМА. Во сне я спрашивала кого-то - Как мне называть тебя? И голос звучал изнутри меня, невероятно красивых вибраций голос, и он произнес- Аатма. Это имя души.

Мы возвращаемся на ГОА. У нас снова йога на утреннем пляже , океан, медитации, огнедышащий бриани, свежие ротти и имбирный чай с лаймом и еще несколько дней, чтобы пропитаться всем этим по максимуму . А уже потом улетать домой ,в февральскую зиму, с заносами на дорогах и морозным румянцем поверх индийского загара.

4. ГОА- Пуна

Приехать на ГОА еще раз через год - это вернуться домой. Предвкушение счастья начинается задолго, ощущения пространства вне времени еще в тебе ,и ты окунаешься в них теперь по желанию, ты научился воспроизводить эти ощущения, находясь в любом месте. Тем приятнее сюда вернуться и раствориться во всем этом снова.
В этот раз решено сначала ехать в Ошовский ашрам, а уж затем не торопясь в течении двух недель жить на берегу океана с йогой, аюрведой, медитациями и вкусной кухней.

Новый вид транспорта, которым мы добираемся до Пуны в этом году- sleeping bus, полнейшая экзотика для нас и необычайно комфортная штука, учитывая ночной переезд. Мы залезаем по парам на свои спальные места со всеми вещами и долго возимся, пытаясь угнездиться. Дорога петляет, автобус летит на скорости , и нас швыряет на каждом повороте то в одну сторону, то в другую, вызывая взрывы нашего хохота. Скучно тут не будет точно!

Автовокзал Пуны. Утренняя мгла, еще не рассвело. Вдоль дороги кучками сидят люди, греясь вокруг костров. Может быть при свете дня, когда будет показана вся картина этого огромного города, станет понятно, что это крупный мегаполис, но сейчас, когда костры освещают лишь крошечный пазл, в это трудно поверить.

Мы завтракаем в кафе по пути в ашрам, традиционные идли с соусом и масала чай. Мы уже одеты в свои красивые длинные бордовые платья и радостно ныряем в атмосферу ашрама. Уже знакомы некоторые лица, особенно здешних учителей, уже есть свои любимые места в парке и на территории . Мы получаем расписание медитаций на всю неделю и отмечаем те, куда не удалось попасть в прошлый раз. Некоторые медитации проводятся редко ,и поэтому на них собирается много народа. Потрясающие дервишские танцы с их бесконечным кружением под монотонный восточный мотив! Натарадж- еще один повод для танца, где ты только свидетель, позволяющий своему телу двигаться вслед за музыкой, где ты полностью растворен в танце и не контролируешь движения. Старая тибетская техника Надабрама, когда ты наполняешь свое тело, словно пустой сосуд, вибрациями гудения. Випассана, чакровое дыхание, медитация Кундалини, такое количество прекрасных мощных техник , настолько глубоких, что даже единовременный опыт может сделать вас иным.

Несколько дней в ашраме пролетают мгновенно. Возвращаемся на ГОА. В этот раз я живу в отеле, хозяева которого пожилой индиец и его супруга немка. Мне нравится наблюдать за ними. Они кружатся целый день каждый по своим делам : она контактирует с постояльцами, в основном они все из Европы, решает все возникающие у них вопросы, а он , само собой, отвечает тут за все остальное, то есть за все вообще. Когда они вместе, это сама гармония, дополняющая друг друга как пара инь-ян : она светлая и маленького роста, он темный и высокий, они очень спокойные и доброжелательные. Я по светлому завидую им, нашедшим друг друга и теперь продолжающим свой путь вместе. Весь смысл существования людей в этом, в возможности дарить любовь тем, кто рядом, в заботе о них. Любовь- вот зачем мы здесь.

Одна из моих спутниц в этом году- Людмила, врач, девушка средних лет, мы занимаем с ней соседние комнаты в отеле. Это человек, живущий в тесном контакте с природой. Каждый раз, заходя в океан, она просит разрешения на это у духа воды, здоровается с ним. Она разговаривает с пальмами и цветами, растущими рядом с нашими комнатами. Однажды, когда в своей ванной я нахожу большого лягушонка с черными , как пуговки, глазами и , не зная как его выгнать, зову ее, она, поговорив с лягушонком какое-то время, выходит из ванной с ним на ладони и уносит его в сад.

Как-то летом , дома, я отправляюсь в степь поискать по склонам уже зацветающий чабрец , брожу какое-то время, но ничего не нахожу, его просто нет. Тогда я вспоминаю Людмилу и обращаюсь к духу степи, я здороваюсь и прошу его позволить мне собрать немного чабреца . И тут же мне открывается склон фиолетового цвета, полный цветов. Я собираю их, благодарю дух степи и Людмилу.
По вечерам я звоню домой, там заносы и мороз, здесь жара и влажность. Там меня ждут много дел, они закружат, как обычно, и снова будет ощущение, что ни на что не хватает времени , я буду торопиться, стараясь все успеть. Но иногда, я все-таки буду останавливаться, воссоздавая вокруг себя вот эту атмосферу вне времени. И тогда будто открывается занавес и ты снова видишь и слышишь, ты чувствуешь материальность каждой своей мысли ,ты понимаешь все знаки, все указатели на своем пути, ты начинаешь понимать язык степи и каждой отдельной травинки, читать по облакам и воробьиным стайкам и радоваться ощущению, что ты просто есть.

5. Кочин, Керала

Интересным образом иногда распоряжается судьба с нами, в нужное время тебе встречается необходимый человек, и вот все уже завертелось, закружилось, срочно меняются декорации вокруг , в пьесу вводят новых актеров, меняют даже язык самой пьесы и начинается новый этап жизни.

Теперь я живу в Индии, в Керале, мы вместе в Прадипом. Я больше не турист в Индии, и это меняет все. Это дает мне возможность смотреть вокруг другими глазами, все чаще видя изнанку происходящего , и она не всегда оказывается приятной. Помимо культурных , религиозных и кулинарных сторон, с которыми в основном я знакомилась ранее, теперь предстоит понять и принять здешнюю ментальность, с зацикленностью на одних вопросах и совершенным безразличием к другим, с одновременно существующими и наивностью и лицемерием, и ту систему ценностей, которая принята в этом обществе и поэтому должна мною уважаться.
Когда сидя на песке ГОА, я осознала существование тамошнего времени по другим законам, я и не предполагала, что эти законы распространяются на территорию всей страны. Обращение со временем здесь необычное, во всяком случае не европейское точно. Вроде и существуют в языке такие слова, как быстро или немедленно, но самих этих понятий в природе общества просто нет. Каждый управляет временем самостоятельно, ощущая его по-своему. Из-за этого любые договоренности , например, на утро завтрашнего дня, не означают на самом деле никакой привязки ко времени, а подтверждают сам факт вашего намерения чего-то сделать, не более. Чтобы к этому привыкнуть, в этой системе надо пожить.

Терпение и умение ждать, это два базовых понятия, завязанные на особенном отношении ко времени здесь. Я понимаю их важность и также понимаю отчего так не просто уметь ждать человеку с западной ментальностью, основанной в первую очередь на христианской религии. Тем прекраснее этот процесс ожидания выглядит при знакомстве с ним. Тебе становится доступна картина целиком- от зарождения идеи, до появления детальных мыслеформ, затем принятие решения, которое представляет собой семя, посаженное в почву. Если ты в состоянии терпеливо ждать и позволить этому семени прорасти, все стадии роста твоей идеи от начала ее возникновения до получения результата могут показать тебе всю красоту, с которой материализуются твои желания. Будет видно, когда ты мешаешь исполнению желаний, а когда ты помогаешь им. Но все это при условии, что ты позволишь себе быть терпеливым .
По выходным мы вместе с Прадипом ездим по новым для меня местам, мы используем тук-туки, рейсовые автобусы, корабли, поезда. В рейсовых городских автобусах, как правило, нам приходиться заходить в разные двери, чтобы или встретиться в середине салона , доступной как мужчинам, так и женщинам, или встретиться уже при выходе, просидев весь путь каждый на своей половине. В каждом автобусе один парень- кондуктор, другой- тот, кто следит за входом-выходом пассажиров, звонит в колокольчик, повешенный у дверей, предупреждая водителя о необходимости остановки , и запрыгивает в автобус на ходу последним. Попробуй попрыгай так целый день! Индийские тук-туки- это и удобный и опасный и комфортный вид транспорта одновременно, это микс всего, все зависит от ситуации. Там, где машины создают непроходимые пробки, они проедут без проблем, оставляя иногда расстояние между собой и соседней машиной не более 20 см. Водители тук-туков готовы к любому маршруту, даже не понимая куда тебе нужно, кивают головой в знак согласия и вот вы уже едите, доезжая до ближайшего угла, где водитель неожиданно для тебя выскакивает и возвращается с кем-нибудь, понимающим по- английски, и только тут выясняется куда тебе было нужно и можно продолжить поездку. Когда на дороге случается ДТП, за секунды место аварии обрастает толпой. Даже проезжающие мимо машины должны остановиться и рассмотреть все подробно, создавая пробку для других машин, однако делая свое дело, несмотря на все звучащие в их адрес децибелы.
Вообще создание толпы за доли секунды- это местный феномен. Panampilly Nagar, наш уютный и милый район Кочина, где мы проживаем, является излюбленным местом съемок фильмов у местных киношников. И центральный парк, и случайно выбранный участок дороги, и вход в ресторан Али Баба , и много других мест- чуть ли не каждый день превращаются в съемочную площадку с двумя-тремя автобусами с аппаратурой, реквизитом, осветительными приборами, столами и стульями тут же для актеров и персонала и огромной толпой зевак вокруг. И если половину толпы составляют прохожие, которые теперь не сдвинуться с места, пока не досмотрят все до конца, то вторая половина- те, кто проезжали мимо , в лучшем случае на байках, и их байки уже кучкуются здесь же, в худшем случае- на машинах, создавая по классической схеме непроходимую пробку из машин, байков, пешеходов и коров, которых никто не отменял, и которым единственным из всех присутствующих нет никакого дела до снимаемого кино.

Коровы выглядят достаточно независимо и , наверное, обладают повышенной стрессоустойчивостью, ибо могут сидеть-лежать-стоять в расслабленных позах посередине шумных перекрестков и даже на узких улицах, создавая явную преграду для машин, но не обращая на это никакого внимания. Во время наших с Прадипом вечерних прогулок, мы часто наблюдаем возвращение коров по домам после дневных гуляний. Они обычно гуляют в компании, но если идут по одной, то иногда останавливаются, мычат, дожидаются ответ откуда-то из темноты, а если ответ не слышен, продолжают мычать и только после ответа, успокоившись продолжают путь. Как-то прогуливаясь одним из вечерних маршрутов и проходя по узким улицам заканальной части мимо достаточно большого заброшенного участка земли, превращенного в заросли, мы слышим из глубины участка мычание. Пытаемся разглядеть в темноте хоть что-то, участок обнесен забором, входа не видно. Но коровы его нашли, днем, когда забрели сюда, наелись и теперь пребывают в глубоком релаксе под звездным небом и не торопятся по домам.

Днем я гуляю по дороге в магазины, иногда специально удлинняя свой маршрут, иногда заходя в попутные артгалереи посмотреть на выставленные на продажу картины. Мне приятно, что в магазинах, куда я хожу каждый день, меня знают, мы здороваемся. В кондитерской Best Baker знают мои любимые печенья, которые я у них покупаю, и, видя меня, уже приносят их сами. В овощном со мной любит поговорить молодой парень, работающий продавцом . Он уже выяснил у меня, что я из России и как-то, когда в магазине не было других покупателей, решил поговорить об этом более подробно. Он сказал- Россию он знает, особенно после Афганистана, далее он многозначительно закатил глаза. Я, понимая, как глубоко он пытается копнуть, ответила- время, мол, такое было, что сейчас об этом говорить?- и свернула разговор. На следующий день, купив пакеты с молоком в предыдущем магазине, а затем зайдя к ним за овощами , снова столкнулась с ним, он оглядел торчащее из моей сумки молоко, купленное не у них и поставил вопрос ребром - Как это так? Почему я покупаю молоко в другом магазине? - А они не спрашивают меня про Афганистан! Больше он не общался со мной на политические темы, не поняв моих шуток и в серьез боясь потерять одного из покупателей. В один из маленьких магазинчиков по дороге я захожу за свежими булочками для Прадипа. Беря булочки и автоматически спрашивая-почем, иду к кассе платить. Проделывая те же действия на следующий день, неожиданно получаю другую цену на те же самые булки. Но поскольку цена сегодня ниже, я, естественно, помалкиваю. Следующий день опять вносит разнообразие в цены, но уже выше и вчерашних и даже позавчерашних. С этим мириться я не хочу и начинаю выяснение. В ходе выяснений оказывается, что парень, улыбающийся мне каждый день и пакующий мои булочки, не утруждает себя сверкой цен по прайсу и озвучивает их наугад и мне и кассе. Я понимаю, что сейчас ему за это влетит от начальства, но дело уже сделано. С этого дня все в магазине знают наизусть и покупаемые мною булочки и цену на них.

Средний класс Кералы не утруждает себя ни стиркой белья, ни глажкой, ни уборкой в доме, готовят еду тоже очень часто приходящие для этого женщины. Машины моют специально занимающиеся этим мужчины. Кастовая система гарантирует занятость каждому , пусть и не высокооплачиваемую. Берясь стирать и гладить самостоятельно, я тем самым могу лишить работы людей, которые зарабатывают этим на жизнь. С другой стороны, средний класс тоже не горит сильным желанием заняться всем этим , и рассказы Прадипа своим друзьям, что я готовлю и глажу сама, повергают их в шок! Приходящий к нам дважды в неделю для уборки квартиры Винсент всерьез спрашивает у меня действительно ли я сама готовлю Прадипу? На что я отвечаю- почему только Прадипу? Я тоже ем и даже несколько раз в день. Винсент не говорит по-английски. Я не говорю на его родном малайялеме. Но это не мешает нам общаться каждый раз, когда он приходит убираться. Редко, когда мы заходим в тупик при общении, а надо действительно что-то выяснить, я звоню Прадипу, он выступает нашим переводчиком. Но в основном, мы обходимся без него. Так же , каждый на своем языке, мы общаемся с охранниками в нашем доме, раскланиваемся, здороваемся. Охранник находится на своем посту круглосуточно, и по началу меня удивляло видеть каждый день одного и того же человека, которого никто не сменял, пост он то же не покидал, прямо робокоп какой-то, которому не нужен ни сон, ни отдых. Все разъяснилось через несколько дней, когда Джон, арендодатель нашей квартиры, вызывая нам мастера для ремонта стиральной машины, при разговоре с Прадипом спросил - всех ли охранников я знаю в лицо? Поскольку разговор шел на-английском, я поняла вопрос, но очень удивилась , что он имеет в виду? Оказалось, что охранников на самом деле было двое, но для меня они казались удивительно похожими друг на друга. Несколько последующих дней я специально разглядывала каждого, чтобы идентифицировать их для себя.

6.Форт Кочин.

Форт Кочин это милое место на берегу океана. Это точка сплетения прошлого и настоящего. Моего настоящего и прошлого многих других людей, которые здесь жили прежде, которые то воевали друг с другом,то жили мирно, одни жили здесь веками, другие приплывали сюда издалека, оставались , обживались и уходили, когда приходило время.

Это толпа и уединение одновременно. Это одна большая картина, прописанная тщательно со множеством проработанных деталей, с классическими восточными узкими улицами, с портретами кумира местных коммунистов Че Гевары, нарисованных на заборах, с мусульманскими мечетями и кучей обуви при входе, католическими храмами и индуистскими темплами, торговыми лавками, арткафешками с богемной интернациональной тусовкой, рыболовецкими сетями вдоль набережной, паромом, перевозящим транспорт и людей на соседний остров и длиннющую очередь из машин, байков и автобусов на этот самый паром. И конечно, снующих повсюду коз, по одной и целыми семьями, с разноцветными ленточками , повязанными каждой вокруг шеи, успевающих и увернуться от транспорта, который ездит тут же, и уследить за чем-то съедобным на дороге и не сбиться с маршрута, ведь куда-то же они спешат.
В конце концов это приятное времяпрепровождение для нас с Прадипом в выходной день. Мы доплываем туда на корабле.Это может быть жаркий влажный день и пока мы будем стоять в очереди за билетами и пробираться в толпе на корабль, ты думаешь только об одном- как бы вдохнуть воздуха или почувствовать хоть какое-то дуновение ветра, тогда можно жить дальше. Может быть сезон дождей. Тогда наша цель- добраться по-быстрее до нашего ресторанчика и уже оттуда наблюдать дождь. Конечно ,нам случалось плыть и при жутком ливне, тогда на корабле опускают по бокам судна специальные тенты и ты уже не видишь куда плывешь. Не сказать, что это уютно и драйв, конечно, еще тот.

Мы выходим с корабля, нас обступают водители тук-туков, нам будут предложены все услуги. Они нас знают. Я прошу Прадипа- никакого тук-тука, прогулка! Как объяснить это водителям? Нам не верят. Зачем идти, когда можно доехать!
У нас есть свой любимый маршрут- мы пойдем вдоль основной улицы, справа и слева много отелей, хоум стеев, ресторанчиков и аюрведоцентров, несколько картинных галерей с сувенирными лавками. Доходим до площади с огромным поваленным деревом. Мы непременно пообсуждаем что же могло случиться с этим старым деревом, затем поговорим о том, почему же его никто не убирает и долго ли еще оно будет так лежать? А дерево просто громадное с толстым стволом и ветвистой кроной. У площади свернем налево. Там идет строительство чего-то. Завораживающее зрелище! Потому что все делается вручную, большое количество рабочих выстроены лесенкой и передают друг другу материалы для строительства наверх. 21 век!

Мы доходим до сирийской ортодоксальной церкви, мне приятно поставить там свечу за моих родителей, бабушек и дедушек, а также нескольких знакомых, уже ушедших, другую свечу за родных и друзей, кто жив, с пожеланиями для них здоровья и веры в свой путь.
 
Затем мы пройдем мимо магазина, торгующего шоколадом. Иногда мы заходим туда, Прадип будет долго и тщательно выбирать среди множества разных сортов шоколада, советоваться со мной, дегустировать , разговаривать с хозяйкой, выясняя подробности приготовления. Получив свой шоколад, упакованный в специальный слой фольги, мы идем дальше.

Дальше дорога выходит к парому. Еще одно большое и старое дерево. Под его кроной располагается толи стоянка толи кладбище старых машин и байков. Конечная остановка автобусов. Никто не регулирует наполнение парома машинами, все это происходит как-то само собой. Расстояние между ними на пароме должно быть минимальное, чтобы влезло как можно больше , поэтому людям приходиться смотреть в оба. Как-то мы плавали этим паром на соседний остров и ощутили все это на себе. Не представляю, как водители умудряются так ювелирно набивать машинами паром, а потом так же виртуозно выезжать с него! Очередь из тех, кто не влез на этот паром и вынужден ждать следующего, вытягивается вдоль основной улицы, куда мы и сворачиваем и усаживаемся в выбранном нами как-то из множества других ресторанчике. Мы садимся за крайний стол, лицом к улице. Время приостанавливается. Мы будем так сидеть до вечера, иногда до темноты, иногда до заката. Мы болтаем, пьем пиво с орешками, какое то время молчим и наблюдаем движение мимо нас очереди на паром , затем опять болтаем. Потом мы проголодаемся и закажем себе еду. Постепенно в ресторане зажгут огни, станет еще уютнее. В домах на противоположной стороне оказывается есть верхние этажи, их не было видно раньше из-за деревьев, теперь они обозначены светом в окнах.

Потихоньку козы начинают перемещаться в обратном направлении- домой. Автобусы с туристами, в мятой и несвежей одежде, само собой после такого жаркого и влажного дня, возвращают их по отелям. Рестораны заполняются людьми.Темнеет. Мы идем обратно, на пристань, мы возвращаемся в город.

7. Кочин. Океан.Сезон дождей.

Кочин- это бизнес центр Кералы и портовый город. Портом он стал сравнительно недавно, в прошлом тысячелетии, после очередного цунами, когда предыдущий порт безвозвратно ушел под воду и у Кочина просто не было выбора. Порт занимает огромную территорию, не только с материковой части, но и захватывает близлежащие острова, некоторые даже специально искусственно созданные для этого. Везде кипит работа, большое количество грузовых судов круглосуточно выгружают уголь, машины и нефтепродукты и загружают для вывоза зерно, чай, кожу, каучук.

Именно из-за порта, из-за наплыва грузовых, пассажирских и круизных судов, из-за причалов, тянущихся на несколько километров, Кочинская часть Аравийского моря очень грязная и не пригодна для купания. А набережные и пляжи ,в принципе , и при чистом море, используются индийцами, как места для прогулок, но никак не для купания. Туда приходят семьями, с детьми- родителями- бабушками-дедушками, видимо, специально для этого наряжаясь в выходной день. Дети будут бегать по воде, визжать, брызгать друг друга морской водой, женщины следить за ними, мужчины общаться. То есть классическое " себя показать- других посмотреть". Большими компаниями будут фланировать молодые люди, а девушки в основном, только вместе с семьями. Найти уединенное место на пляже практически невозможно, по нему перемещается толпа людей, внутри которой одни стоят, другие бегают и прыгают, третьи гуляют туда- сюда.

Как-то пытаясь найти уединенное место на пляже форта Кочин, мы добрели до его границы с военной базой, охраняемой круглосуточно. Радостные от возможности остаться наедине с природой ,океаном , песком и ветром, мы тут же услышали громкий окрик по рупору с требованием покинуть запрещенную зону. Окрик был слышен до тех пор, пока мы двигались в обратном направлении и не удалились достаточно ,по мнению следящего за этим часового. Самого часового не видно, но слышно его замечательно. Так как желающих уединиться предостаточно, слышать его можно в течении всего дня.

Пляжи , пригодные для купания, это также места для воскресного променада всей семьей с той лишь разницей, что некоторые на них все-таки будут купаться. Женщины купаются редко, а заходящие в море идут туда в полном обмундировании, например в сальваре, штанах и , что просто немыслимо, в длинном шарфе. Понятно, что говорить про плаванье в таком экстремальном виде не приходиться и все сводится к плесканию по волнам у берега. На этом фоне мне, в обычном европейском купальнике, комфортнее себя чувствовать или в море или в уже накинутой на себя тунике на берегу. Прадипу же будет спокойнее, когда мы вообще уйдем с пляжа и засядем в одном из прибрежных ресторанов.

Океан в сезон дождей - это нечто особенное. В это время следует специально приехать сюда на выходные, снять номер в отеле на берегу и насладиться свежестью, воздухом и стихией океана не торопясь. Мы так и поступаем и приезжаем на Черай бич в субботу, прогуливаемся по относительно пустынному из-за сезона дождей пляжу, затем , сидя на открытой террасе ресторана, тут же в отеле, наблюдаем сначала приближение грозы, потом начало ливня с ветром, громом и молнией и уже поздно вечером, укутавшись и спрятавшись от дождя поглубже под крышу ресторана, досматриваем до конца этот perfomance с участием природных сил. Утро встречает нас уже затянутым новыми тучами небом и все готово повториться вновь. Мы долго завтракаем , гуляем и вновь возвращаемся в отель, где сидим , наблюдая за океаном , за новыми раскатами по всему небу , и разговариваем с другими постояльцами.
Сезон дождей вымывает всю грязь, накопившуюся в каналах города, унося это все в море. Когда воды в городе слишком много, каналы не справляются и ,накопившаяся в них вода выходит из берегов, заливая все пешеходные дорожки. Поскольку никаких других способов справиться с этой ситуацией нет, индийцы используют для сезона дождей специальную обувь, каучуковую, которая не расклеится от воды, легко моется и сушится. Жизнь немного замирает каждый раз при начале сильного ливня, когда пешеходы разбегаются по укрытиям, байкеры тоже тормозят и пережидают какое-то время, тук-туки опускают тенты по бокам и осторожно продолжают путь. Как только дождь ослабевает, все оживает снова. При входе в магазины выставляют корзины для мокрых зонтиков. Горшки с цветами выносятся на улицу для естественного полива. Стоя на балконе можно долго разглядывать реки, бегущие по улице , огромных лягушек, прыгающих по обочине и слушать их кваканье, которое стереозвуком доносится с разных сторон .

К высокой влажности индийцы относятся философски, ибо повлиять на нее все-равно не возможно. Дом должен продуваться , окна лучше держать открытыми. В мой первый сезон дождей мне еще трудно философски смотреть на цветение кожаных вещей в моем шкафу , и я выхожу на тропу войны с плесенью. Первым делом я стираю и вычищаю все вещи, навожу идеальную чистоту в шкафу и туда отправляется какое-то специальное средство от влажности с очень противным запахом, которое я нашла в магазине. Но всего через неделю от всех моих стараний не остается и следа, уже появляется характерный запах , и все повторяется снова. Теперь после очередной чистки на балкон для выветривания отправляются мои пальто и куртка, кожаные сумки и весь набор разноцветных поясов. Устроив выставку всех своих кожаных изделий на балконе, я с интересом ожидала прихода Винсента для очередной уборки квартиры, предвкушая его удивление. Однако , как на лице спецагента, ни один его мускул не дрогнул - так, значит так. Вторичный поиск средства от плесени по магазинам принес мне убойную штуку с еще более нереальным запахом, но обещался стопроцентный результат. От запаха резало глаза , и как пользоваться после этого вещами было не понятно. Прадип моей воинственности не разделял, каждый раз успокаивая меня тем, что скоро уже появится солнце и все пройдет. Под "скоро" подразумевалась пара-тройка месяцев. Следующими зацвели обложки обоих моих паспортов, блокноты, бижутерия и босоножки. Все это было вынуто мною из шкафов и пакетов и разложено под вентиляторами по всем комнатам, выставочный зал моих вещей и документов теперь функционировал не только на балконе, а по всей квартире. При очередном появлении Винсент все-таки постарался осмыслить что у меня тут происходит, но спрашивать опять ничего не стал. Поскольку борьба с плесенью стала для меня уже навязчивой идеей, при случае я выясняла у местных их народные рецепты , но все эти сухие газеты в шкафу и нафталин в вещах, выглядели уже не серьезно, как вьетнамский бальзам "Звездочка" на фоне антибиотиков.
Помня насколько влажно на Бали, в Индонезии, я даже попыталась выяснить у знакомых, живущих там , чем они спасаются в сезон дождей. Мне сказали- ничем, проветривание дома, окна нараспах, этого достаточно. Прадип в который раз подытожил - вот, видишь, никто не делает из этого проблемы! Следующей , кому я задала тот же вопрос, была Татьяна с Бермудов, единственный человек, который подтвердил кошмарность темы, усугубляемой на Бермудах еще и повышенной коррозией всего металлического от океанской соли. Я тут же осознала, что мне еще повезло и немного успокоилась. А скоро действительно стало чаще вылезать солнце, подсушивать все вокруг, прекратилось цветение моего гардероба, исчез противный запах и выставочный зал на балконе закрылся до следующего лета.

8.Кочин. Школа английского языка.

Каждое утро я отправляюсь в школу для изучения английского. Подыскивая в конце мая школу для меня, мы предварительно обзвонили и посетили несколько и остановились на этой. Во-первых, она находилась рядом, минут пятнадцать- двадцать пешком от нашего дома, во-вторых, проведя со мной беседу и оценив уровень моих знаний, преподаватель, мистер Уникришнен, предложил идеальный для меня вариант обучения- сначала индивидуальный урок грамматики с ним, потом разговорный урок в группе с дамой- преподавательницей. И так каждый день по четыре часа пять раз в неделю в течении всего лета. Теперь я была занята делом , и Прадип был счастлив!
Добраться до школы можно было разными путями- иногда мы выходили из дома вместе с Прадипом и, сначала закинув меня до школы, он ехал дальше до офиса на тук-туке. Можно было прогуляться, рано утром еще свежо, все вокруг спешат по делам, разъезжаясь по своим работам. Дорога шла мимо частных домов, затем минуя несколько улиц, выходила к католической церкви с примыкающим к ней кладбищем, упиралась в большую свалку , где по утрам кипела работа, и сворачивала на другую часть Panampilly Nagar с такими же частными домами, вдоль которых я и доходила до своей школы. Чтобы не встречаться со свалкой каждое утро, я могла делать небольшой крюк, выходя на основную дорогу, набитую транспортом, которая однако при дожде становилась непроходимой для пешеходов , и я снова сворачивала к свалке.

Основная деятельность школы заключалась в подготовке желающих к прохождению тестов на знание английского языка и получении сертификатов об этом, которые бы позволили в дальнейшем найти работу в других англоязычных странах. Поэтому в основном ее посещали молодые парни и девушки, индийцы, которые собирались в скором времени уезжать работать зарубеж. Они удивлялись моему присутствию в школе и спрашивали зачем мне такой сертификат. Но в начале лета я еще не знала ни про сертификаты и не понимала вообще , когда меня о чем-либо спрашивали другие ученики. На первом разговорном уроке я пыталась разобраться ни про что говорят, а на каком языке вообще идет урок. Все услышанное мною никак не соответствовало английскому в моем его понимании, за исключением моментов, когда начинала говорить преподавательница. Она говорила медленно , и ее я еще хоть как-то понимала. Когда вступали другие ученики, как будто переключали некий тумблер и шел автоматический перевод на язык, который я не знала и никогда не слышала. Следить за уроком в такой ситуации было просто нереально. Вскоре я разобралась что к чему. Родной язык Кералы, малайялем, сам по себе очень быстрый, они строчат на нем как из пулемета. Родной английский здесь - то, что называется малайялем english, то есть английский с сильным местным акцентом, чтобы его понимать, надо на нем пообщаться какое-то время.

Разговорный урок подразумевал некую тему, на которую сегодня надо говорить, чем больше, тем лучше, при этом слушая и понимая выступления других ребят, отвечая на вопросы и задавая свои вопросы им. Иногда по озвученной на урок теме ничего не приходило в голову вообще, даже на русском языке.

Молодые индийские парни очень целеустремленные, готовые обучаться, выстраивать карьеру, идти вперед, прокладывая себе дорогу. Девушки же намного стеснительнее, даже зная урок, будут сидеть до последнего, боясь подать голос. Некоторые из них, прозанимавшись все лето вместе со мной, так и не начали разговаривать по-английски, именно из-за стеснения.

Индивидуально следом за мной ходит заниматься грамматикой молодой парень из Саудовской Аравии, которого специально сюда откомандировали родители выучить язык и вылечить зубы. И то, и другое здесь намного дешевле, но большим энтузиазмом там не пахнет , и он часто пропускает занятия, ссылаясь на аналогичное расписание дантиста, но мистер Уникришнен все понимает. Женщина ,индийка, чуть старше меня, ходит сюда подтянуть язык, так как собирается ехать к детям в Канаду. Она может разговаривать на любые темы, переходя с английского на малайялем и возвращаясь обратно, остановить ее невозможно, и я не совсем понимаю, зачем ей эта школа, если только дома ей не с кем поговорить , или они уже устали ее выслушивать. Молодой мужчина, вновь прибывший в группу, при представлении себя сообщает, что вернулся из Японии. Говорит он очень плохо, по долгу подбирая слова. Из него удается вытянуть, что в Японии он жил в связи с работой его жены, сам он не работал, сидел дома. Мальчики комментируют услышанное- Класс! Везет же! К сожалению , как мы не просили его рассказать про Японию, он молчал как партизан и, промучившись какое-то время в школе и так и не начав говорить, он ушел.
На дом я получаю ежедневный традиционный лист с новыми словами, которые я переписываю на отдельные бумажечки, тасую как карты и учу в течении всего дня. К вечеру моя голова пухнет от порции нового материала, но я честно пытаюсь использовать только что выученные слова во время наших вечерних прогулок, чтобы закрепить их у себя в голове. Но, как на подбор, все новые слова никак не связаны с нашей повседневной жизнью , часто использовать их не получается и в памяти оседают лишь некоторые.

За лето мой английский заметно улучшается , и я заканчиваю занятия, но нас с Прадипом приглашают принять участие в празднике урожая- Онам в начале сентябре , и я очень рада этой возможности. Возможности еще раз посетить школу и поучаствовать во всех стадиях этого праздника. И сначала мы готовим разноцветные лепестки цветов, потом создаем цветочную мандалу прямо на полу при входе в школу, ее украшают горящими лампадками, мы долго фотографируемся все вместе, по одному и группами. Затем накрываются столы с угощениями, на пальмовых листах будет подан праздничный обед из тринадцати блюд, рис, всевозможные соусы к нему, фрукты и сладкие десерты. Мы поздравляем друг друга. Я благодарю своих преподавателей, а они приглашают меня вернуться в любой момент при необходимости подтянуть разговорный язык.

9.Семья.

Я уезжаю в Россию в октябре на месяц, максимум- полтора. Получить новую визу, решить накопившиеся вопросы, откормить сына и вернуться назад. Мы прощаемся с нашей квартирой в Кочине, Прадип вывозит все наши вещи в дом его семьи, двухэтажный, со множеством спален, еще недавно полным жизни, но опустевшим с уходом мамы. Теперь в нем живет один отец. Средний брат Прадипа, Дипак, уже давно как уехал в Дели, и там вся его жизнь, семья и работа. Младший брат, Арун, живет с семьей в Канаде. Сестра покинула отчий дом совсем недавно, по-английски, не уведомив никого куда и на сколько. История их взаимоотношений уходит в далекое прошлое, хвост не прощенных друг другу обид и оскорблений вытянулся на десятилетия. Что-то из детства засело в памяти , укоренившись там прочно , как дерево , продолжая с годами только разрастаться.

И Прадип и Арун до последних дней общались только с матерью, отец будто не замечал этого, так же игнорируя сыновей и общаясь только с Дипаком, который в свою очередь возобновил отношения с ним только под влиянием жены, совсем недавно. Дочь умудрялась не разговаривать ни с кем, проживая в одном доме с обоими родителями и не выйдя из своей комнаты даже на материны похороны. На настойчивые требования родственников в тот день вести себя по-человечески, она сообщила только, что поскольку она никому не нужна была в этом доме с детства , то и она не нуждается ни в ком более. Так, стремление родителей дать хорошее и дорогое образование детям, для чего они и отправлялись каждый в свои кто семь, кто девять лет, совсем малышами, в специальные школы, в другие города, жили и учились там , привыкая к самостоятельности с такого раннего возраста, приезжая домой только на каникулы, все это обернулось не только высоким уровнем образования, хорошей работой и статусом, но и засевшей глубоко внутри неудовлетворенностью от чего-то недополученного в детстве.

Сам Прадип считает те годы, проведенные вдали от дома, от родителей, без домашней еды и воскресных высыпаний, без поддержки семьи - тем не менее прекрасной порой его жизни, проживанием в неком инкубаторе, среди друзей, в абсолютно благополучной атмосфере, покинув которую после окончания школы , они неожиданно попали в реальную жизнь. Контраст был огромным. Однако приобретенные за это время настойчивость, целеустремленность, самостоятельность, расчет во всем на свои собственные силы, конечно, помогали выпускникам устраиваться в жизни.
Последнее время мама просила взрослых детей помирится с отцом, уверяя, что он изменился и стал уже другим. Однако никто в это не верил, и до последнего вся система коммуникации в семье работала через нее.

Каждое утро в дом приходит женщина для уборки и приготовления еды. Она так же отвечает за покупки в магазине продуктов и лекарств для отца. Она приходила при маме и продолжает свою работу без нее. Прадип печально констатирует каждый раз после посещения дома, что без мамы дом скатывается в запустение, никто не контролирует больше уборку , и теперь все это походит на гостиницу со множеством опустевших комнат.

Отцу далеко за восемьдесят, после ухода мамы он боится жить в их прежней комнате и сначала переезжает в комнату Прадипа, но потом и это его не спасает от страха одиночества в огромном доме , и он просит найти ему компаньона для совместного проживания. Прадипу удается найти мужчину средних лет, который радостно соглашается жить в доме, пользуясь всем, что есть, кушая бесплатно и еще и получая за это десять тысяч рупий в месяц. Зная характер отца, Прадип гарантирует, что квартирант не продержится больше месяца. Поначалу все идет мирно, но вскоре у них действительно начинаются конфликты на политические темы, перерастая в претензии отца к постояльцу по уже целому спектру вопросов. Предварительно заманив человека бесплатным питанием, теперь ему ставят в укор, что он слишком много ест. Он так же не разделяет взгляды отца по многим вопросам, что ко всему усложняет их общение.

Как и большинство мужчин в жаркой и душной Керале дома, и отец и постоялец одеты в юбки. Через голое плечо постояльца перекинута плетеная веревка белого цвета , и я спрашиваю как- то Прадипа- это еще зачем?- Это его принадлежность к высшей касте, браманам. Это новость для меня. В моей голове не укладывается высшая каста и неимение своего жилья, согласие жить за еду у чужих людей. Прадип объясняет мне, что принадлежность к высшей касте, переведя на язык наших исторических аналогий, как дворянское происхождение после революции в России - с одной стороны, приятный факт для осознания , с другой стороны нечто, создающие одни проблемы в повседневной жизни. Ведь в открытую о своей принадлежности к высшей касте говорить не принято, особенно если ты планируешь получить хорошее рабочее место или хочешь попасть для обучения в университет. После ухода колонизаторов, в середине прошлого века, правительство специально поддерживало низшие касты, предоставляя им всевозможные льготы , и когда вопрос вставал о выборе между претендентом на что-то из низшей касты и высшей, по политическим соображениям выбор делался не в пользу высшей. К тому же высшая каста очень малочисленна, особенно по сравнению с другими нижестоящими и при очередных парламентских выборах вообще не рассматривается серьезно в качестве поддержки ни одним из кандидатов. А в последнее время все чаще на первый план выдвигаются представители касты торговцев, являясь реальной финансовой , банковской и политической силой в обществе.

Когда первые европейцы прибыли в Индию, чтобы определить их место в сложившейся уже веками кастовой системе, был найден компромисс, устраивающий всех. Браманы, по-прежнему, являлись высшей кастой, европейцы за свой цвет кожи автоматически попадали в следующую, то есть вторую касту, что тоже считалось неплохо. В обществе до сих пор существует некое благоговение перед белыми людьми, нечто передаваемое на генном уровне из поколения в поколение. Мое положение в нашем доме, однако, не стабильно и может колебаться между верхом и низом, понижая касту каждый раз, когда я затеваю уборку, и автоматом повышая ее до " белого человека" по окончании.

В Индии нет фамилий , имя человека складывается из его собственного имени, к нему добавляется имя семьи матери на юге страны или имя отца на севере. На юге также могут добавлять вторым имя отца, но реже. В качестве второго или третьего так же может выступать кастовое имя, что сразу дает окружающим понимание твоего места в обществе. На севере к имени человека не редко добавляется Кумар, что значит " вечно молодой", а уже потом идет имя отца или кастовое имя.

Разница между югом и севером , да и между всеми вообще штатами в Индии ,есть и в подходе к наследственным делам. Еще недавно, до 1971 года, в Керале , например, при делении фамильной недвижимости, в приоритете оказывалась женская половина семьи, получая долю на себя и каждого из своих детей, дети сыновей при этом не учитывались ,и свою долю получали только сыновья. Север традиционно плыл в противоположную сторону, и представлял интересы мужской половины. Однако суд вмешался в рассмотрение наследственных дел, и было вынесено решение о гарантированной одинаковой доле каждому из детей, независимо от пола, что и контролируется судом по настоящий момент. Но это распространяется на деление передаваемой по наследству собственности, а если речь идет про купленную родителями, то как и во многих странах, завещание может быть составлено хоть в пользу любимой коровы, и оспорить в суде данный факт не получится.
Короче, надолго отца не хватило и ,несмотря на его страх опять остаться одному, представитель высшей касты вскоре покинул дом. Вся свою жизнь отец проработал юристом, имея хорошие связи , стабильное финансовое положение и даже теперь, когда ему было за восемьдесят некоторые из его бывших клиентов обращались к нему по старой дружбе за советом или юридическим проведением какой-либо сделки. Ибо в таких делах очень важно доверие, если и не ко всем участвующим сторонам, то как минимум к юристу.

Так и появилась у него фикс идея о скором получении богатства, начавшаяся с безобидного обращения к нему одним из старых клиентов с просьбой содействия в продажи имущества, земли и строений, за определенный процент от сделки. Земля находилась в прекрасном экологически чистом месте рядом с рекой, пальмовым лесом , и сразу была оценена ,как подходящая под строительство аюрведического центра или другого места отдыха , то есть востребованность ее на рынке , как продаваемого товара, была высокой.

И проект заработал во всю мощь. Сначала был откомандирован на место Прадип, осмотрев все и сделав фотографии , а после этого обсудив условия продажи с собственником и выяснив ситуацию по документам. Следующая стадия подразумевала сам процесс продажи. Он тоже начался с энтузиазмом , подогреваемый высоким процентом с гипотетической сделки, который уже был поделен отцом между сыновьями, дочерью и даже всеми внуками. Но поначалу информация об этом держалась в секрете, и знали о ней только в штабе по сделке, куда входили отец и Прадип, осуществляющий всю коммуникацию с покупателями. Покупателей было не мало, и местных, и иностранных , как раз подыскивающих себе хорошее место в Керале для развития уже существующих сетевых лечебных центров. Сначала Прадип связывался с ними или их представителями, производилось ознакомление с фотографиями, документами, назначались даты встреч, затем эти даты могли корректироваться и переносится от недели до нескольких месяцев. В лучшем случае состоялись выезды на место с осмотром и земли, и реки, и леса, перерастая в завершающую стадию обсуждения прайса и финансовой стороны сделки. В худшем случае, договоренность о встрече переносилась по разным причинам и не перерастала дальше ни во что.
Первые полгода процесс протекал активно и все участвующие в нем стороны, верили в успех . Солидность получаемого куша оправдывала медлительность процесса . Постепенно об уже придуманной схеме деления денег сообщалось остальным родственникам, как о чем-то гарантированно получаемом, оставалось только подождать. За это время менялись потенциальные покупатели, подходы к работе с ними, привлекались к сотрудничеству разные посредники, но все не давало результата. На ожидание обещанных денег это не влияло, отец уже свыкся с их существованием и разрушить мечту уже ничто не могло.

В следующие полгода участие в сделке сводилось к пассивному общению по телефону с редкими покупателями, уже без выездов на место. Вновь вводимые в курс дела родственники уже никак не реагировали на обещания отцом денег. Еще через год , не желая отпускать утекающую из рук возможность, отец по-прежнему еженедельно информировал Прадипа об очередных стопроцентных покупателях, которые тем не менее так и не приезжали, Прадип же просто выслушивал эти сводки, держа все комментарии при себе.

Уверенность отца при этом подкреплялась еще и прогнозом астролога, полученного им еще в молодые годы, после свадьбы. Сказано было о больших деньгах, которые придут к нему в старости после потери жены. И теперь, когда , казалось бы, все части предсказания уже сбылись- и старость, и потеря жены , и продавец с реальной возможностью получения денег по его сделке, чего-то явно не доставало и процесс тормозился. Отец вторично решился посетить астролога , выяснить причины и, по возможности, подтолкнуть процесс. Прадип сопроводил его, по-прежнему не питая никаких иллюзий и не вмешиваясь в происходящее. Астролог однако заверил, что все идет по плану и для ускорения процесса можно провести ритуал, тогда результат будет стопроцентный. Была озвучена доля самого астролога от всего полученного, что меня только порадовало. Когда при магическом ритуале, проводящая сторона заранее оговаривает свою долю, я вижу настоящих профессионалов в сфере продаж, и это, на мой взгляд, гарантирует успех предприятию. И вот, в очередной раз, вселив надежду в сердца посвященных во всю эту историю, стоя у финишной черты, с уже распахнутым для упаковки денег чемоданом ,отец неожиданно взял тайм-аут и после двухдневных раздумий отказался проводить ритуал. Идя к астрологу, он был настроен на свой скорый уход вслед за мамой и, напоследок, хотел лишь уладить финансовые дела, оставив гипотетические деньги детям и внукам. Астролог же дал ему еще не менее десяти лет жизни, что и повлияло на кардинальную смену хода его мыслей. Понимая, что суть ритуала в использовании черной магии, а значит за полученное надо будет расплатиться чем-то другим, он решил не подвергать неизвестному риску ни себя, ни семью.

Мое разочарование было полным. Я решительно заявила, что больше не участвую даже в разговорах на эту тему, а историю с охватившей семью денежной паранойей считаю закрытой.

10. Россия.

Таким образом, выехав в октябре максимум на месяц и, естественно, оставив все летние вещи, упакованными в чемоданы в доме Прадипа, я смогла вернуться обратно в Индию только через полтора года, даже в самых наших пессимистичных фантазиях этот сценарий развития событий был просто немыслим. Узнай мы об этом при моем отъезде, тогда, стоя в аэропорту и прощаясь, не знаю как повернулись бы дальнейшие события. Но нам информацию выдавали порционно, видимо, щадя наши чувства и поддерживая в нас огонек надежды на скорейшее воссоединение на протяжении всего времени.

За это время Прадип вынужден был оставить Кочин и переехать в Бангалор для работы в новой компании своего друга Тобана. Постепенно он смог снять там квартиру с расчетом на нас обоих и начать ее обустраивать, что требовало денег, которые и являлись причиной всех бед, вернее их отсутствие.

Я же уже на втором месяце нахождения в России поняла, что срок ожидания возможности моего возвращения может затянуться, а ежедневная жизнь требовала денег, начала трудовую деятельность, вернувшись в свою , прежде оставленную мною торговую компанию , и ,по договоренности с директором, должна была разрулить накопившиеся там и не решаемые вопросы. Поскольку дату моего отъезда мы не знали, но она могла случится в любой момент, как только набиралась необходимая для всего сумма денег, договорились на пару месяцев работы с возможностью прекращения в любое время. Но через пару месяцев мы были как и прежде далеки друг от друга, а со всей запланированной работой было покончено, мои дальнейшие услуги компании оплачивать было нечем, и мы простились вторично.

Все это время денежная паранойя семьи Прадипа держала всех в приподнятом настроении ,и вера в успех и быстрое обогащение была как никогда сильна.
Следующие два-три месяца я воплощала в жизнь давно созревавшую у нас идею открытия аюрведического центра в России с командой индийских специалистов, докторов и терапистов, специально привезенных сюда из Индии. Для этого я встречалась с потенциальными партнерами, затем дома обсуждала с Прадипом результаты переговоров, что-то подсчитывали, корректировали и разрабатывали планы такого сотрудничества. Он в свою очередь, обсуждал нюансы с индийской стороной, которая тоже хотела заполучить новые территории для развития бизнеса. В результате заинтересованные этой идеей лица были найдены, супружеская пара москвичей, Ирина и Андрей, которые помимо прочего владели уже работающим медицинским центром в нашем городе , в данный момент испытывали определенный застой в бизнесе и как раз искали пути вливания в него новых жизненных сил . Последующий месяц ушел у нас на осмотр помещения, определение по оборудованию, медикаментам и юридические моменты сотрудничества. На этом мы и застопорились. Российская сторона не хотела брать на себя затратную часть предприятия, нам ее брать было не на что. Можно было выступать посредниками в этом бизнесе ,это было невыгодно , но удобно нам в сложившейся ситуации, кроме нас это не было удобно больше никому ,и наши переговоры зашли в полный тупик.

Свет в конце тоннеля мог забрезжить при удачном разрешении все той же папиной сделки с продажей собственности, получением нашей доли и вложением ее в развитие этой бизнес идеи. Но чуда опять не произошло.

Периодически мой оптимизм разворачивался на сто восемьдесят градусов, и особенно штормить стало с приближением лета, ведь все мои вещи находились в другой части света, и я чувствовала себя выжившей после кораблекрушения, вышедшей на южный берег в шубе и сапогах. О моих платьях, юбках, многочисленной обуви и украшениях лучше было забыть, но сделать этого не получалось и ежедневные свидания по скайпу с Прадипом непременно сопровождались моими завываниями об утраченных нарядах. Моя любимая подруга Лена не в силах выносить моих стенаний позвала меня как-то в гости, где в одной из комнат ее квартиры была устроена выставка летних, никому в доме не подходящих вещей, ни самой Лене, ни ее дочке Юлечке. Слава небесам, я по размеру как раз находилась между ними обеими и поэтому имела солидные шансы уйти отсюда не с пустыми руками. Наша общая примерка закончилась счетом 3:0 в мою пользу, и я стала обладателем двух юбок и одних белых льняных штанов.
Таким образом вернувшись к жизни, я в который уже раз перетрясла все свои домашние шкафы и чемоданы, смастерив себе еще пару нарядов на лето, после чего немного успокоилась. Где-то в это же время подыскивал себе сотрудника один из моих знакомых Саша, я уговорила его взять меня и тут же влилась в новую для себя сферу. Работа заключалась в фасовке голландских червей по коробочкам, туда же добавлялась земля , разная по составу, происходило это все в специально оборудованном под это подвале их большого дома. Работа была монотонная и скучная, к тому же все делалось ,стоя на ногах ,и по началу показалось мне полным адом, ко всему еще и низкооплачиваемым.

Но, твердо решив, не упускать ни одной плывущей мне в руки финансовой возможности, я и не собиралась сдаваться. Со временем, я начала, что называется, входить в поток, в котором ты не только не замечаешь монотонности движений, но и напротив, создаешь ими некую медитативную обстановку, существовать в которой настолько комфортно, что заканчивая работу, я даже чувствовала себя отдохнувшей, а не уставшей, как в начале.

Время от времени, мои полномочия расширялись , и я или готовила еду в отсутствии Лены, хозяйки дома, или поливала в саду несколько раз в неделю. Поливать ранним утром, неторопливая размышляя о превратностях судьбы, сначала бросившей меня в пекло индийской жизни, потом, стоило мне только привыкнуть к языку, к новому укладу жизни, резко вернувшей меня к родным берегам, но уже кем, ни как раньше, директором по продажам крупной торговой компании, а фасовщиком червей и поливальщиком цветов! Тема для размышлений была безграничной.

К этому времени идея моего возвращения начала выходить из тумана и приобретать очертания. Конечной точкой исполнения желаний был выбран октябрь. К нему Прадип предполагал подготовить для нас квартиру , выслать мне денег для закрытия кредитных карт и , самое главное, купить мне билет. Поскольку сезон для ловли рыбы зависел , конечно, от погоды , но длился по-любому ни как не меньше чем до ноября, я умиротворенно фасовала червей, ожидая часа Х.

Новая компания Прадипа в Бангалоре никак не могла выйти на нужные обороты, продукт сферы программного обеспечения все никак не был готов, из-за это нельзя было приступить к его продажам и , соответственно, начать наконец зарабатывать. Персонал, испытывая разные трудности, расползался по другим компаниям, зарплаты урезались. Наступивший октябрь не принес нам ничего утешительного. Прадип продолжал делать возможное и невозможное, пытаясь заработать. Его отец по-прежнему бредил большими деньгами от сделки. Мои объемы к концу октября растаяли из-за дождливой и холодной погоды , и, по совету подруги Светланы, я стала искать для себя риэлтерское агентство, где можно было бы обучиться и начать работать с недвижимостью, не связывая себя жестким графиком в течении дня и с возможностью прекращения работы, когда мне будет необходимо уезжать.

Скоро такое агентство было найдено и ,после ряда собеседований и обучения, я приступила к погружению в очередную, новую для себя, сферу зарабатывания денег. Еще через два месяца я уже имела свое мнение на тему является ли эта сфера сферой зарабатывания, на этот счет у меня был большой вопрос, а вот сферой , поглощающей все твое время, весь день целиком и все вечера, особенно выходные, с этим все было в порядке. Но учитывая мою ситуацию, в которой свободное время только располагало меня к размышлениям, не всегда оптимистичным, а скорее совсем даже пессимистичным, чем я мешала Прадипу, по его мнению, материализовывать процесс моего возвращения, излишняя занятость мне была только на руку.

Мы тем не менее медленными лилипутскими шагами, но приближались к своей цели. Все, держащие меня дома вопросы, даже трудно решаемые, все удалось завершить. Деньги на закрытие кредитных карт были, Прадип лишь искал способ переслать их мне. Для этого были по пятому разу опрошены все индийские банки, получены отказы в отправке денег за пределы страны. Все имеющиеся современные способы использования электронных платежей также были заблокированы Индией для вывода денег за рубеж. В нашем арсенале еще были несколько друзей Прадипа, работающих заграницей и имеющих в связи с этим долларовые счета, используя которые можно было переслать деньги в любую точку мира, и он начал опрашивать их по очереди. Проведенный опрос сначала отсеял Мосиса, живущего в Дубаях, наш проверенный канал, которым Прадип уже пересылал мне деньги раньше. Из-за финансовых проблем, его счет пустовал и надо было ждать неопределенное время до следующих финансовых поступлений на его адрес. Следующим отпал Шридар, с его валютным счетом, готовностью нам помочь и детской наивностью, что все осуществимо. Первый его визит в банк Бангалора с этой целью, выявил нарушение им закона, ибо вернувшись из-за границы, он был обязан закрыть валютный счет тут же или уж, по крайней мере, сидеть и помалкивать, но никак не заявлять о нем , еще и желая воспользоваться счетом для отправки денег. Короче, получив массу проблем, Шридар уже не мог нам помочь. На очереди был Ансар, с его живущими в Катаре родственниками и тоже готовностью к помощи .После месяца выяснений и уточнений, родственник из Катара был заменен на родственника одного из его друзей из Эмират , но процесс сдвинулся с места, деньги были отправлены, получены и сразу закрыты долги по кредитным картам.

Еще одно препятствие на нашем пути было успешно преодолено, и, как в компьютерной игре, мы переходили на следующий уровень. На следующем уровне, решив или получить заем в банке или воспользоваться кредитной картой, то есть сначала истратить деньги на наше воссоединение, а потом их постепенно погашать, Прадип принялся зондировать почву. Зная об особенном обращении со временем в Индии, я отводила на воплощение этой идеи никак не менее месяца- двух, особенно после заверений банка в необходимым им для оформления кредитной карты десяти днях. Поэтому первый месяц я вообще не ожидала никаких результатов, на второй я начала бить тревогу, накручивая Прадипа и отсылая его к начальству банка, в головной офис, в Мумбай, куда угодно, только чтобы сдвинуть процесс с мертвой точки.

Каждое мое утро начиналось с чтения мантр. Это была уже многолетняя привычка, мы начинали читать мантры вместе с Прадипом, затем продолжили ,находясь на расстоянии. За это время мантры менялись в зависимости от ситуации, решаемых задач или состояния здоровья. И , перейдя к завершающей стадии нашей разлуки, мы решили практиковать Тара мантру. Ее мощные вибрации при длительном чтении творили чудеса, Прадипу в свое время они изменили цвет глаз на голубой с его то темных, открывалось видение, удалялись препятствия с пути, приходила нужная информация. После месяца чтения Тара мантры у меня появилась потребность писать. Я не представляла про что и как, поэтому просто садилась за ноутбук , и процесс шел, как бы без моего участия, неожиданно приходила и тема, и слова, и я одновременно и участвовала во всем этом и как бы наблюдала со стороны. Проведя месяц за ежедневным писанием, я имела семь рассказов и двух читателей. Рассказом я гордо называла какую-нибудь , оформленную до конца ,тему, завершенную и готовую к показу. Среди читателей был не владеющий русским, но прекрасно чувствующий и меня, и мой стиль ,и настроение, даже несмотря на ужасный перевод интернетовских программ, Прадип и моя любимая подруга Лена, владеющая русским, но упорно не желающая комментировать прочитанное. Самый близко расположенный ко мне читатель, сын Семен, был увлечен чтением Толстого и Достоевского, мне было предложено ждать, окно у него намечалось между "Анной Карениной "и "Преступлением и наказанием", нетрудно было вообразить , как на этом фоне будут выглядеть мои рассказики, и поэтому я особо не настаивала.

В начале марта при очередном обращении в банк Прадип получил , как обычно, заверения в скорейшем решении вопроса, а на вопрос- почему собственно так все медленно, ему довели о сбоях в компьютерных программах банка, что для меня звучало вообще не правдоподобно, но что подтвердил и вышестоящий менеджер с головного офиса в Мумбаи, и предложено было подождать последнюю неделю.
Время, словно специально, оттягивалось, как будто давая нам возможность или закончить что-то важное или успеть начать, оставалось понять что именно. И тут во время одной из моих ежедневных прогулок меня внезапно осенило , что я могу использовать свое писательство для продолжения истории с папиными деньгами, придумав тот вариант развития событий, какой мне хочется. Я получала возможность осуществить все задуманное, пусть и не в этой, а в некой другой реальности, но идея была настолько захватывающая, что я принялась ее обдумывать. На меня ложилась теперь вся ответственность за результат, мне нужно было решить и как все произойдет ,и какие люди помогут нам в этом, какие деньги мы получим, а главное, на что мы их потратим. Было от чего потерять и сон и аппетит, и я загрузилась по полной программе. Идея была хоть и грандиозной , но и смешной одновременно, посвящать в нее Прадипа до конца не хотелось, поэтому я осторожно стала прощупывать почву в разговорах с ним , пытаясь выяснить его планы по вложению гипотетических денег. И теперь ежедневно я оставалась один на один с другой реальностью, жизнь в которой целиком зависела от меня.

11. Другая реальность.

Сначала надо было решить на кого возложить эту почетную миссию стать нашим героем, кто приведет нам покупателя , и мой выбор был между Сандипом, сыном двоюродного брата мамы Прадипа, и Сурешом, который не являлся родственником, но в силу рода его занятий был в свое время вовлечен в процесс и по сей день активно в нем участвовал. Суреш работал в одном из крупных аюрведо центров Кералы и по долгу службы общался и с поставщиками и с клиентами , знал об интересе отдельных лиц к развитию бизнеса и поиска новых мест в Керале для строительства своих центров. Сандип являлся служащим страховой компании и также имел выходы на интересующих нас лиц.

Мой выбор пал на Суреша. И все закрутилось с несвойственной для Индии скоростью. Более года назад эти покупатели уже осматривали продаваемую территорию, затем взяли тайм-аут, и вот теперь у них там все окончательно срослось и определилось по деньгам , и телефоны зазвонили у всех сразу. Суреш звонил папе, папа- Прадипу, Прадип- покупателям и Сурешу. И уже на следующей неделе все съехались с разных сторон в Кочин, вторично осмотрев место и уже затем начав обсуждение финансовой стороны сделки. Владелец собственности изначально был гибок в денежном вопросе, и поле для маневров было предостаточным от нала до безнала, с пониманием суммы сделки и в связи с этим готовностью к приему платежей частями, в пределах оговоренного периода. После серии консультаций каждой из сторон со своими юристами, все договоренности были прописаны , подписаны и первый платеж в размере 20% поступил.

Бамбук, посаженный черенком в землю, завершил свою долгую, но необходимую подземную часть работы и теперь вырвался на волю, стремительно набирая рост и выстреливая ежедневно новыми побегами. Отец был горд, как никогда прежде. Остальные участники не расслаблялись, понимая, что до конца сделки еще далеко и надо терпеливо, грамотно и, главное, успешно, довести ее до конца. Штаб, в лице папы и Прадипа , уже давно был готов к денежным поступлениям, выработав четкий план по их освоению. Предполагалось открытие трастовой компании под названием Вимала, так звали маму, по доверительному управлению капиталом, размещению его под проценты, с использованием помимо основных нужд на образование внуков и оплату их свадеб. Управлять компанией выпадало Прадипу, ибо отец, конечно, в силу возраста уже не справлялся с такими нагрузками, Дипак за это время умер от сердечного приступа, уйдя почти следом за мамой, Арун по-прежнему проживал в Канаде и на него рассчитывать не приходилось. Сестра, отбыв в неизвестном направлении, через некоторое время после маминых похорон, ни с кем не выходила на связь и даже косвенных известий на ее счет ни от кого не поступало.

Спустя полтора года, после моего вылета в Россию, я наконец-то возвращалась назад. Прадип продолжал работу в Бангалоре, в соседнем с Кералой штате Карнатака, теперь наше гнездо было там. Я подключилась к наведению порядка, готовке и уборке, ознакомлению с местными магазинами, порядками, салонами красоты и многочисленной русскоговорящей тусовкой, живущей в Бангалоре. К тому же меня уже больше месяца ожидал индиец, Мурли Нандигама, сотрудник одной из большого числа IT- компаний этой силиконовой долины Индии, желающий изучать русский язык, для чего ему был необходим частный преподаватель. Теперь я была готова приступить к его обучению, но у него наступил аврал на работе, и наши встречи опять отложились на какое-то время.

Прадип помимо работы отслеживал поступления платежей, процесс был под контролем ,и мы шли по расписанию, как скорые поезда в хорошую погоду. Дела в его компании также вышли на финишную прямую, продукт был готов к продаже, а это означало переход на новый уровень. Тобан, его друг и владелец бизнеса, не упускал ни единой возможности задобрить всех святых, и в офисе компании то и дело проводились индуистские ритуалы, которые должны были дополнительно способствовать успеху, соблюдались заодно и православные и католические традиции, и даже в дни солнечного затмения тоже, на всякий случай, зажигались специальные лампады . А мы тем временем строили планы по дальнейшему житью- бытью.

Дел было много. Запустить трастовую компанию, наладить финансовый процесс, решить кучу жилищных и юридических вопросов. Прадипу уже не удавалось заниматься всем этим, сидя в Бангалоре ,и мы, собрав наше гнездо, упаковав в который раз все движимое и недвижимое, тронулись в Кочин. Странные ощущения вернуться в нашу прежнюю квартиру в Panampilly Nagar, покинутую нами два года назад. Все и родное и чужое, и знакомое и неизвестное, кто из нас изменился- они или мы? Мы снова посещаем все наши излюбленные места, следя за произошедшими тут за это время изменениями, встречаемся со здешними знакомыми. Поехав проведать один из аюрведо центров, с которыми мы сотрудничаем уже длительное время, мы решаем остаться в нем на недельку, пожить, поделать процедуры, а я еще и поработать переводчиком для русских пациентов.

Следующим нашим пунктом будет ГОА. Наш маршрут спланирован на месяц, перебираясь с севера штата на юг, останавливаясь не надолго в каждом из мест, посмотреть продаваемые отели, дома, небольшие хоумстеи, прицениться, понять общую атмосферу, местные нюансы, туристическую востребованность . Это будет наш отель, возможно с кухней, наверняка с баром, и сто процентов с домашней атмосферой, ведь мы будем жить там же. Отобрав за месяц несколько вариантов в разных частях ГОА, Прадип переходит к документам, встречаясь с юристами, подолгу выясняя все плюсы, минусы и подводные камни. Уже ясно, что на это уйдет месяца два-три, как минимум, и мы решаем использовать это время для воплощения в жизнь мечты Прадипа- путешествия по российской транссибирской железной дороге.

Как только я приступаю к подготовке этого путешествия, идея захватывает меня настолько, что уже неизвестно кого из нас это мечта больше, Прадипа, который с детства думал об этом, или меня, подключившейся только что, но уже всецело погруженной в тему. Мы поедем из Москвы до Владивостока, делая остановки в Казани, Екатеринбурге, Новосибирске, Иркутске, на озере Байкал, Улан- Уде, останавливаясь в каждом из городов на пару дней, посещая самые интересные места и затем продолжая движение в восточном направлении, вперед к Тихому океану, сменив по дороге целых семь часовых поясов. Лучшим временем для такой поездки нам кажется июнь-июль, тем более, что на ГОА в это время жизнь замирает, начинается сезон дождей и следующий туристический наплыв будет не раньше конца октября.
Поэтому в конце июня, прибыв в Москву за три дня до отъезда , завершив все приготовления и заодно выполнив намеченную нами культурную программу, мы , вооруженные до зубов всем необходимым в этом путешествии, наконец-то стоим на Казанском вокзале, готовые отправиться в путь через всю Россию. И наше приключение начинается!

12. Индия, Бангалор.

Даже самые что ни наесть параллельные миры пересекаются хоть однажды , а может события в одном из них так или иначе влияют на жизнь других. И стоило мне только вернуть себя в Бангалор в своей фантазии, как идея запустила процесс материализации, и вот уже Прадип покупает мне билеты, и все и вправду с несвойственной для Индии скоростью раскручивается уже в настоящей жизни. При этом он сообщает мне об активизации Суреша с его прошлогодними покупателями:
- Которые, помнишь, приезжали, смотрели и ушли обдумывать?
- Конечно помню, прямо вот недавно вспоминала про них,- говорю я и выкладываю Прадипу все про мои эксперименты по обживанию соседних реальностей. Он читает придуманную мною историю, ему нравится все, только один вопрос :
- Почему мы стоим на Казанском вокзале? Мы не начнем путешествие по России с Москвы?
Я смеюсь, я объясняю ему, что Казанский вокзал- один из вокзалов Москвы и я счастлива, что теперь мы вместе можем креативить , выдумывать и наблюдать за воплощением наших фантазий, не связывая при этом вселенную по рукам и ногам, не привязываясь к конкретным фактам, а лишь отслеживая взаимосвязи и влияние одних событий на другие.

А Суреш и вправду напомнил о себе и его покупателях. Они собираются приезжать в Кочин в середине марта для вторичного осмотра продаваемой территории, встреч и обсуждений. Мы замерли с Прадипом от этой информации , задержав дыхание и стараясь не дышать, чтобы никак не помешать процессу, прямо как мандалу из разноцветного песка на наших глазах начинали вырисовывать, а мы сидим рядом и не дышим, а только с интересом ждем ,что же будет дальше.

Бангалор встретил меня жарой под сорок и о прежней комфортной российской весенней погоде, мягкой ,с легким свежим ветерком, пришлось забыть. Здесь сухой климат, Бангалор далеко от океана и здесь не будет такой влажности , как в Кочине, но в силу того, что апрель-май- это самые жаркие месяцы в году, мало не покажется. Днем город утопает в жаре, транспортной копыти и пыли от строящихся зданий, такое ощущение, что строительство идет по-всюду, дома возводятся на пустующих местах между уже жилыми зданиями , а так как земля в Индии дорогая, то пространства, отделяющие дома друг от друга условны, и из окон соседних домов в пору здороваться за руку соседям. И когда такое строительство в разгаре рядом с твоим домом, ты поневоле становишься участником процесса, по утрам ты можешь наблюдать тени рабочих, уже приступивших к стройке, на оконных занавесках своей спальни, открытые же на сторону строительства окна гарантируют тебе полную информацию об объекте онлайн , с комментариями строителей в течении всего дня , а запахи и пыль создадут неповторимую атмосферу твоего участия во всем этом. Все это будет продолжаться до года , в зависимости от размера объекта, по окончании начнут достраивать этажи своего дома соседи с другой стороны , и все повторится по новой.

Бангалор- мегаполис, столица информационных технологий Индии , это сфера применения молодых мозгов страны, и молодежь здесь повсюду. Они мобильны, они все в движении на своих байках, по нескольку человек на каждом , они все уткнуты носами в мобильные телефоны, они вечно голодны, и поэтому Бангалор всегда жует, в ресторанах, прямо на улицах вокруг торговцев уличной едой, дома , в офисах , везде. Здесь сосредоточены крупные международные IT компании, и работать в них удачная возможность для молодых людей, это и деньги и опыт, поэтому сюда приезжают работать квалифицированные кадры со всей страны, совершенно не боясь покидать родные места, семьи, комфортные условия проживания и домашнюю еду. Они поселяются по несколько человек для экономии, сами готовят себе , стирают и проводят все время в офисах, работая допоздна, с одним выходным в неделю. По вечерам они заполоняют город, где , как нигде в Индии, есть и дискотеки и бары , и ночная жизнь длится далеко за полночь, поэтому утром они вновь расходятся по офисам не раньше девяти- десяти, чтобы опять работать допоздна.

Компания , в которой работает Прадип, мало чем отличается от среднестатистической IT- компании Бангалора, с тем же графиком работы, периодической текучкой персонала и свойственными для такого рода компаний проблемами. Тобан, директор и собственник бизнеса, в духе общей индийской ментальности, предпочитает решать вопросы уговорами и разъяснениями, как буд-то боясь вызвыть недовольство персонала, и это порой напоминает скорее клуб по интересам, нежели бизнес. Отсюда масса накопившихся и нерешаемых проблем, которые давно бы уже были решены директивно в любой типичной европейской компании, здесь же оно, видимо, должно рассосаться само, а не россосется- там будет видно.

Шон, родственник жены Тобана, сразу окрещенный мною для удобства Шоном Пэном, пристроенный к делу за пять тысяч рупий в месяц закупать чай, кофе и иногда выполнять всякие мелкие поручения, несмотря на возраст за тридцать , чисто символическую плату и всякое отсутствие амбиций, доволен должностью и похоже жизнью тоже. Имея богатых родителей, уже ушедших из-за возраста, ежемесячно получая деньги на жизнь по их же мудрому решению частями, и не имея доступ ко всем деньгам сразу, он , закомплексованный сразу по нескольким пунктам, ведет совершенно уединенный образ жизни в бывшем родительском доме, мечтая скинуть хоть что-то из своих 140 кг , не ущемляя себя при этом в еде и не утруждаясь физическими упражнениями. Чтобы предпринимать тем не менее хоть какие-то действия для снижения веса, он выбирает солнечную сторону офиса, в которой испаряется все живое, где потея по всем направлениям и отпугивая от себя из-за соответствующих запахов сотрудников, продолжает наслаждаться жизнью. Периодически подначиваемый Тобаном на тему лишнего веса, он решительно заявляет, что сидит на диете, но когда его визит для закупки очередных продуктов для офиса длится более двух часов , по возвращении он подвергается допросу с пристрастием на тему где он был так долго. Во время допроса Тобан пытается выбить из него признания о том, что он попросту ел в каком-то заведении, но Шон Пэн идет в глухую несознанку , повторяя вновь и вновь, что сидит на диете. Однако ни его «диета», ни активное потение не дают результатов, что естественно, если ты продолжаешь есть как в последний раз.

Еще один колоритный персонаж команды графический дизайнер Нагараджин. Ему за тридцать, он не женат, его родной город Мадурей в штате Тамулнад , и поэтому он снимает квартиру вместе с другими парнями. Во время одного из вечеров, проводимого в баре за пивом, уже изрядно подвыпив, он неожиданно для всех начал разговаривать с кем-то невидимым для остальных, прося оставить его в покое. На встревоженные вопросы друзей он рассказал, что уже много лет практически живет с духом одной девушки, которая терпеть не может, когда он пьет и начинает дергать его за ноги, пытяась увести домой. По его уверению этот дух пристал к нему на прежней квартире, которую он снимал , и является духом девушки, жившей в квартире до него и покончившей жизнь самоубийством. По какой причине дух застрял в этом мире и выбрал его неизвестно, но отношения настолько тесные и , главное ,долгие, что прекратить их он не в состоянии, хотя пробовал неоднократно. Сначала он думал, что перемена географического места избавит его от этого навязанного соседства. Однако когда дух переехал вместе с ним на новую квартиру, он понял, что попал. Затем уже несколько раз родители, обеспокоенные его холостым образом жизни, подыскивали для него разных невест и некоторые даже нравились ему , и он был совсем не против. Но в последний момент обязательно приключалось что-то , приводящее к расторжению помолвки, и он прекрасно понимал кто это делал. Как Нагараджин сам характеризовал сложивщуюся ситуацию- со своим одиночеством в жизни он смирился, она все-равно не даст ему жениться. Выпавшие в осадок от полученной информации друзья посоветовали послать ее куда подальше, на что он сказал- всякому, кто пытается прогнать дух, обеспечны разного рода неприятности, при этом его она оберегает. После этого заявления беседа, понятно, прекратилась, ибо у всех своих проблем хватает, еще не доставало получить дополнительные от чьего-то духа. Но поскольку Нагараджин уже проболтался о своем секрете, весь офис на следующий день был посвящен в подробности, и общественное мнение разделилось на пополам- одна часть считала, что у него « не все дома», другая категорически не хотела обсуждать эту тему вовсе из соображений безопасности. Тобан посоветовал было Нагараджину мудрого Прадипа, который наверняка посоветует ему что-то в такой деликатной ситуации, но Прадип категорически отказался даже обсуждать эту тему, не собираясь вступать ни в какие противоречия с потусторонними силами. Я же, раздираемая любопытством, подначивала его поговорить как-нибудь в парнем и выведать подробности. Вскоре я уже более менее была в курсе и духа, и как он ее видит, и что иногда дух приходит не один. И ,когда в доме, где мы арендовали квартиру, освободилась крохотная комната на крыше , и хозяин предложил Прадипу эту комнату для молодых людей из его офиса, то Нагараджин с радостью согласился переехать поближе к офису, гарантируя нам всем интересное соседство. Тут уже и я сказала решительное нет, дух, видимо, тоже был не в восторге от этой идеи , и по обоюдному нашу согласию переезд отменился.

Бангалор отличается от других городов Индии еще и своей свободой в поведении, манерой одеваться и общим стилем жизни, все это привнесенное международными компаниями прочно укоренилось среди IT-ишников, устраивает живущих в нем и будоража умы приезжающих на время. Здесь возможны невозможные в других местах Индии вещи, такие , как например,совместное проживание парня с девушкой, естественно без уведомления родственников. Среди посещающих бары будет поровну и мужчин и женщин, что тоже не характерно для других городов, где традиционно посетители баров только мужчины и женщин, в компании мужчин, встретишь крайне редко. Приезжающий сюда время от времени неженатый друг Прадипа Кришнарадж отрывается здесь по полной программе , и уезжает поэтому с большой неохотой. По возвращении в Кочине его блюдет старшая сестра, пытаясь его облагоразумить, женить, короче передать кому-то еще ответственность за брата, на что тот категорически не соглашается и продолжает ходить по вечеринкам, барам, друзьям и подругам. По понятным соображениям его притягивает ,как магнит , ГОА и выбираясь туда на неделю с друзьями , он возвращается обычно не ранее , чем дней через 15-20, когда сестра начинает уже бить тревогу и чуть ли не силой возвращает его назад.

Как и в Кочине, В Бангалоре ранее утро и вечер- время для пеших прогулок, здесь принято гулять , нарезая круги в многочисленных парках по специально проложенным аллейкам, мимо парочек на скаймейках под деревьями, мимо играющих в крикет парней, мимо родителей , сражающихся с детьми в бадминтон. Парки закрывают в восемь вечера, запирая ворота до утра. По улицам в сумерках, возвращаясь с прогулок, можно видеть валяющихся повсюду в глубоком сне собак, не реагирующих ни на звуки проезжающих мимо машин и байков, ни тем более проходящих людей, они высыпаются , готовясь к ночи. Утренние прогулки по паркам- это нечто совсем другое. Утренняя свежесть, относительно накаленного за день вечернего города, еще не так много транспорта и шума, тень, отбрасываемая деревьями, запахи поливаемой травы, белки, прыгающие завидев что-то на земле и схватив добычу убегающие быстро-быстро к себе на дерево. Кто-то выполняет пранайямы, сидя на лавочке, другие заняты разного рода гимнастиками, основная масса наматывает круги по парку, размахивая руками.

С электричеством в Индии посвюду довольно панибратские отношения, кабели намотаны клубками, при порывах ветрах они контачат друг с другом вызывая замыкания, в сезон дождей это все искрит, как на праздничном фейерверке, но, кажется, никого особо не напрягает. В Бангалоре к этой проблеме добавлена еще одна- электричество здесь постоянно отключают, безсистемно, по несколько раз в день, иногда на час-два. Планировать день в таких условиях- неблагодарное занятие. Ты можешь начать готовить, стирать или гладить, но свет вырубается, и ты вынужден ждать. Ждать придется при выключенном вентиляторе, которому тоже дай-подай электричество, что при апрельских тридцати пяти- тридцати девяти, за гранью не только комфорта, но и вообще существования. Поэтому многие дома оборудованы специальными генераторами, которые при отключенном питании позволят в течении нескольких часов иметь освещение и вентилятор, этот джентльменский набор, совсем не являющийся роскошью при здешней погоде. Другие здания также обеспечат отдельным генератором работу лифтов, иногда даже кондиционеров. Одним из характерных звуков Индии явяляется этот ни с чем не сравнимый гул работающих генераторов, врубающихся моментально повсюду, когда отключают электричество. Гул сливается с непрерывным шумовым сопровождением всех видов транспорта, но к нему быстро привыкаешь. Тем более , что при включенном вентиляторе, работающем на полную катушку по ночам, ты поначалу вообще ощущаешь себя пытающимся уснуть на взлетной полосе. Когда же свыкнешься с уровнем шума, в нем удастся разглядеть и свои плюсы, так как раздающийся рядом храп уже не выбивается из общего шумового фона, а гармонично вливается в него, как только что присоединившийся к оркестру музыкальный инструмент.

13. Другая реальность

Сидя в раскаленном Бангалоре,в день мощного апрельского новолуния, мы ушли в другую реальность посмотреть что там и как, порешать накопившиеся в наше отсутствие вопросы и освоившись на месте по приезду, поняли, что попали на ГОА. Мы заехали туда с начала мая, предварительно съехав с квартиры в Бангалоре, пристроив мебель, упаковав весь свой скарб и долго предварительно подыскивая себе жилье. Я обсуждала различные варианты домов и квартир в интернет сообществе русских ГОАнцев, Прадип созванивался с друзьями. И поскольку вариантов было несколько и не плохо было бы посмотреть их всех на месте, мы решили остановится на пару- тройку дней в каком-нибудь недорогом гест хаусе, а там уже разобраться. Гоа в не сезон это дешевое жилье, безлюдье и возможности для нас, собирающихся переделать кучу дел.

Наш выбор пал на север ГОА и после двух дней, посвященных нами просмотру вариантов, мы остановились в милом местечке, на втором этаже трехэтажного уютного дома с балконом , смотрящим на лес, в 40 минутах пешей прогулки от океана, в тихой спокойной деревушке. Это наш дом на весь мунсун , и я принялась его обустраивать. Прадип налаживал контакты с местным населением, я с магазинами и овощными лавками, заодно выясняя, кто есть в живых из русских мунсунщиков, какая общественная жизнь в это время года здесь есть ,и как мы можем вписаться в нее.
Весь май, пока еще не начались сильные дожди, мы активно изучаем окрестности, подыскиваем уютные, красивые дома для проживания, затем Прадип ведет долгие переговоры с собственниками по условиям аренды . Договорившись , вступаю в дело я и готовлю рекламу о сдаваемом объекте, отпуская ее затем в свободное плавание по интернет пространству. Часть времени уходит на переговоры Прадипа с непроживающими на ГОА постоянно собственниками жилья, мы определяем себе несколько домов, за управление которыми мы теперь ответственны, включая сдачу их в аренду и содержание.

Следующими на очереди у нас визиты в местные аюрведоцентры, включая отдельно практикующих докторов с их консультациями и прямо на пляжах устраиваемых сеансами аюрведомассажей. Все это будет востребованно в сезон, когда ГОА преобразится, вернутся по местам кафе и рестораны, сувенирные и продуктовые лавки распахнут свои двери для покупателей, очистятся пляжи, успокоится море и разных авиакомпаний и чартерные и регулярные рейсы потянут сюда вереницы туристов со всех сторон земного шара.

Наш балкон, продуваемый по всем направлениям , с надутыми парусами разноцветных парео , скрывающими нас от солнца и посторонних глаз- прекрасное место для йоги, для чтения манр, для дневного отдыха и приема посетителей. Иногда я заглядываю к нашим индийским хозяевам выяснить новые подробности приготовления индийский блюд, принимаю мастер-классы по многочисленным соусам, после чего иду к себе на кухню выполнять домашнее задание, которое нам предстоит оценить на ужин.

Молнии рассекают пространство на пополам, грохот при этом стоит соответствующий, и глядя на потоки воды, непрекращающиеся литься с неба, чувствуешь себя беспомощным, как первые люди, которые и начали в такие минуты взывать к небесам, ища поддержки. Получая же некоторую передышку, они уверовали в силу своих молитв и обдумывая, как бы усилить их мощь, затеивали все новые и новые церемонии и ритуалы, и специально занимающиеся эти мужчины и женщины, действительно наблюдающие единство всего существующего в природе, призваны были донести до остальных эти сакральные и в тоже время очень простые знания о взаимосвязях и о влиянии всех живых систем друг на друга.

Мы ездим к океану, выбирая промежутки между ливнями и принимая участие в разных тусовочных мероприятиях сообщества мунсунщиков. Мы посмотрели много мест и севера и юга ГОА, и мой прежде любимый Палолем тоже. Он совсем не похож на Палолем « в сезон», и это придает ему сейчас некую загадочность и секретность, и если ранее это место считалось мною местом без времени, когда вокруг было полно людей и бурлила жизнь,то в сезон дождей, в полном безлюдье это просто замеревшая декорация , это стоп-кадр, ожидающий волшебного слова, способного оживить.

14.Южный ГОА-Палолем

Два последних дня в душном Бангалоре уходят на собирание вещей. Пытаясь упаковать полквартиры в пять чемоданов и три большие сумки, я прокручиваю в голове- Дама сдавала в багаж диван, чемодан, саквояж, картину, корзину, картонку... Один большой чемодан условно назван мною - ТО, что нам не понадобится как минимум месяц, и туда ,по-моему мнению, должна отправится большая половина вещей, но, похоже, это всего лишь мои пожелания, не более, потому как, к моему ужасу оказывается, что НАМ НУЖНО ВСЕ. Тогда чемоданы делятся мною по другим признакам, в этом будет все для кухни, в этом хозяйственные вещи, тут Прадипа, тут мое, а тут, то , что возможно( не факт) не понадобится нам какое-то время.
Перед отъездом мы встречаемся со Шридаром, другом Прадипа, который любезно предложил нам пожить в его ГОАнской квартире в Палолеме. В моем Палолеме! Как тесен мир! Квартира будет готова к десятому мая, вернется из Эмиратов их общий друг Док, проживающий там же,который по общей договоренности нам все и откроет , и покажет , и выдаст ключи.

Таким образом мы решаем выдвигаться в Палолем, на неделю остановиться в кэмпе на берегу океана, а уже потом перебраться в квартиру Шридара. На всякий случай мы держим про запас вариант Сиолимской квартиры, найденной мною через интернет, где проживающие там весь сезон русские уезжают по домам в предверии мунсуна и , видимо, пытаясь обеспечить себе дисконты на следующий год у хозяев, подыскивают квартирантов на свои места на все лето.

Погрузив все пять чемоданов и три сумки в багажное отделение sleeping bus , еще две сумки с ноутбуками взяв с собой и уютно устроившись, мы начинаем наше путешествие. Для Прадипа это первый опыт поездки лежа в автобусе, а я на правах бывалого путешественника расписываю ему все плюсы этого приятного времяпрепровождения. Рано утром, когда наш автобус, преодолев горные серпантины, уже выруливал на ровную местность, нас остановили на посту ГОАнской полиции. Поскольку время шло, а мы все не уезжали и было похоже, что мы вообще никуда не поедем дальше, Прадип пошел выяснять у водителей, что там у них происходит. Вернулся возбужденный, говоря, что автобусная компания не заплатила во время налоги, полиция, тормознувшая их и проверившая это, теперь не разрешает продолжать маршрут, и урегулировать это можно только расплатившись прямо здесь и сейчас. Сумма неуплаченных налогов где-то около двадцати пяти тысяч, у водителей таких денег при себе нет, они есть в офисе компании на конечной остановке, но попасть туда можно только продолжив маршрут, что как раз и не разрешает полиция. Поэтому как-то расслаблено водители сидели в теньке под деревьями около автобуса, пассажиры , используя стоянку , уже по нескольку раз посетили ближайшие кусты, но вопрос по-прежнему не решался. Самой заинтересованной стороной в ситуации были , конечно,пассажиры, которые и начали скидываться водителям для оплаты налогов, естественно с условием возврата им денег по приезду в Маргао к офису компании. Сразу все порешалось, разрешилось, мы добрались до Маргао, где всем инвесторам возвратили взносы.

Найдя подходящую по размерам для нашего багажа машину, мы тронулись дальше в Палолем, на юг ГОА.
Кэмп Сан-Франциско- это улица разноцветных приятных фанерных домиков с матерчатой крышей, покрытой пальмовыми ветками, выходящая прямо на берег океана и заканчивающаяся ресторанчиком, за ступеньками которого и начинается пляжный песок. Наш багаж, выгруженный из машины, составляет кучку, примерно по объему равную нашему домику, отчего и у нас и у помогающего нам с багажом менеджера Джорджа, возникают невольные сомнения, а поместиться ли все туда. Но благодаря проделанной мною в Бангалоре сортировке вещей, половина чемоданов занимают места в углу дома, они не нужны нам сейчас, нужные занимают свои места, и уже к вечеру мы довольны нашим новым домиком, Палолемом, пляжем, океаном, всем.
Май- самый жаркий месяц в ГОА и, учитывая еще и присущую здешним местам влажность, от которой мы отвыкли в Бангалоре, нам по началу совсем не комфортно. Май- самый что ни наесть несезон,поэтому безлюдно ,и туристы разьезжаются по домам, от этого цены падают в тех отелях, которые еще открыты, остальные просто закрыты до следующего сезона. Нас вполне устраивают наши 300 рупий с завтраком с человека, даже не смотря на то, что этот завтрак нам приходиться ждать по тридцать-сорок минут. Ожидание завтрака представляет собой расслабленное сидение в тени ресторана на пляже и обзор утреннего океана, что само по себе занятие достаточно медитативное. Но если учесть, что кроме нас ожидают завтрака иногда два-три человека, а иногда вообще больше никого, то как можно сорок минут поджаривать пару тостов можно только догадываться.

Утром на пляже свежо, легкий бриз, я делаю свою гимнастику, потом мы читаем мантры, идем гулять вдоль берега то в одну,то в другую сторону, вернувшись к своему кэмпу купаемся, принимаем душ.

На второе утро ты уже невольно ощущаешь себя « местным», что даёт тебе право консультировать вновь прибывших на тему где тут что, а после недели в кэмпе ты практически приближаешься к коренным жителям, ты знаешь сколько народу здесь было в прошлый weekend, на твоих глазах закрываются рестораны и отели,ведь мунсун все ближе и ближе, падают цены в торговых рядах, и там , где ещё вчера все было по 250, сегодня уже по 200 и назавтра падение цен только продолжиться.
Наблюдать за новыми постояльцами кэмпа- занятие увлекательное. Индийцы приезжают семьями или компаниями молодых людей в основном на выходные. Семьи держатся консервативно, на пляж они выйдут все вместе, глава семьи впереди, за ним последуют продвинутые дети, мама будет завершать процессию в полном обмундировании, в котором она и войдёт в воду или будет наблюдать за плесканием её семейства у берега. Корпоративные заезды видно за километр. Это группы мужчин в черных брюках, черных ботинках и застегнутых на все пуговицы и отутюженных рубашках. Для чего выдерживается дресс- код на пляже не понятно, но Прадип мне поясняет ход корпоративных мыслей: компании специально выделяют деньги на проведение конференций и разного рода собраний в ГОА, где после окончания дня сотрудники могут расслабится и продолжить общение в неформальной обстановке, что они и пытаются сделать настолько, насколько вообще можно расслабиться на пляже в деловом костюме.

Мы общаемся с двумя угрюмыми молодыми людьми, которые оказываются юристами из Ченная, друзьями, приехавшими сюда специально на несколько дней отдохнуть на море, чтобы затем разъехаться одному в Мумбаи , другому в Бангалор, а затем продолжить отпуск в Бутане . Один из них вылитый Жан Рено, разговаривающий громко и охотно, второй ниже его ростом, круглый, небритый с постоянным недоумением во взгляде, не реагирующий даже на вопросы к нему. Жан Рено бегает по утрам, прогуливается по пляжу, плавает. Второй появляется в ресторане лишь за новой порцией пива , к нему впрочем сразу присоединяются и спортсмен Жан Рено и Прадип, обсуждая новости и политику.

Джордж, менеджер нашего кэмпа, сам с ГОА, но семья его живёт в другой маленькой деревушке, и он здесь только работает, собираясь скоро отчаливать в связи с закрытием сезона. Сейчас он единственный, кто готовит еду и мы заранее содрогаемся при одной мысли ,как это будет выглядеть в его отсутствие. Кроме Джорджа из обслуживающего персонала здесь ещё одна молодая девушка с вечно недовольным лицом, которая начинает мести в ресторане тогда, когда тебе уже принесли еду, а не до этого, что было бы логично. Порядок в домике она наводит только после неоднократных просьб, чем она ещё занята нам непонятно, но так или иначе её скучающая физиономия появляется время от времени в разных частях кэмпа.
Хозяева живут здесь же в большом доме с многочисленными детьми и родственниками, собаками и кошками и по случае скорого закрытия кэмпа к концу мая и отъездом по- тихонько всего персонала, все старшие и младшие дети задействованы ими в ресторане. Они подают еду, принимают оплату, а старший сын Ифон, примерно одиннадцати- двенадцати лет , остаётся за главного по хозяйству всякий раз, когда мама и папа отбывают или в гости или на вечернее представление, даваемое тут же в деревне , или в церковь , или на чьи- то похороны. Общественная жизнь Палолема бурная, и все всегда в курсе всех новостей. Непонятно как построена система оповещения, если, казалось бы все целыми днями сидят по своим ресторанам, магазинам или отелям, при этом точно зная кто умер, кто родился и какой спектакль будут давать вечером.

Бунгало Сан- Франциско , стоящие прямо на берегу пользуются особым спросом, и как только одни отдыхающие из них выезжают, на их месте сразу появляются новые, сначала придирчиво осматривая свои жилища, затем получая через какое- то время недовольную физию девицы с веником и сменой белья. Молодая пара из Израиля сменяется на наших глазах русско- грузинской семейной парой, на их месте появляются французы целой оравой, на смену которым на weekend заезжают индийцы.
За час до заката мы выходим на вечернюю прогулку по пляжу. Сильные волны только распаляют аппетит любителей кататься на двухместных каноэ. Можно бесконечно наблюдать за тем, как они пытаются преодолеть прибрежную волну и прорваться в океан, одна за другой их попытки терпят поражение , и они снова и снова оказываются на берегу, все вместе с вёслами и самой лодкой. Они меняют тактику, выравнивают каноэ, держа его перпендикулярно волне, и поначалу все идёт отлично, но следующая же огромная волна захлестывает их, разворачивает судно , и они вот уже в который раз летят на берег. Мы удаляемся от них , уходя дальше по пляжу. Уже половина ресторанов на берегу разобрана и вывезена владельцами на хранение, спрятана от дождей до сентября, когда начнётся ежегодная суета по возведению их на прежние места.

На три дня останавливаются в нашем кэмпе мама и её взрослый сын из Питера, Лилия и Василий. Они первый раз в Индии и , заехав сначала в Арамболь,так и планировали провести там все три недели. Но были воодушевлены советами встретившегося на их пути русского арамбольца, сказавшего- три недели- это срок, не сидите на одном месте, поживите в разных частях ГОА, посмотрите Индию. Так из Арамболя судьба послала их в Хампи, затем в Агонду южного ГОА и вот теперь , на оставшиеся до вылета домой три дня, они добрались до Палолема. Они смешно рассказывают нам про Арамболь, про традиционный вечерний предзакатный променад по пляжу, про бабу, сидящего под баньян деревом, медитирующим и поучающим жизни , принимающего и фрукты и деньги, и отсутствующего под деревом в тот день, когда они добрались до чуда- дерева через джунгли. Заменяющие его в тот день русские ребята сказали, что баба отбыл на конференцию.

Василий покуривает травку и играет на кларнете. Я сразу загораюсь идеей организации его концерта на ночном пляже и после недолгих уговоров он соглашается. К вечеру кроме нас с Прадипом концерт ожидают ещё два юриста из Ченная, и Василий, воодушевленный публикой, начинает нам играть. Его игра перемежается с разговорами на всех возможных в нашей компании языках, на русском, английском и хинди, мимика и жесты помогают там, где не хватает слов, затем снова звучит кларнет. Юристы уезжают рано утром, они уходят спать, а мы ещё сидит на ночном пляже, где в темноте , если приглядеться, можно различить морские волны , а кларнету аккомпанирует морской прибой.

Следующий день Лилия и Василий посвящают шопингу, меня просят провести мастер класс по закупке индийских юбок по 150 рупий за штуку. Они уже приценивались на торговой улице, юбки там по 350-400, как сбить цену они не представляют и не очень доверяют моим рекомендациям по ведению торга, поэтому предлагают пойти всем вместе. В результате они становятся счастливыми обладателями 5 юбок всех возможных расцветок по 160 рупий каждая, я же получаю удовольствие от возможности поторговаться, даже уступая десять рупий от запланированной цены, чтобы успокоить их питерскую совесть.

Вернувшийся из Эмиратов Док назначает встречу. Его зовут доктор Джордж, друзья называют его Док. Когда- то его отец, доктор аюрведы, мечтал и всячески старался сделать сына продолжателем династии докторов, что совсем не грело Джорджа, но компромисс им был найден. Он стал доктором,что устраивало отца, но не медицины, а философии, что устраивало его. У Дока много разных видов деятельности помимо научной, у него отель в Палолеме с ночным клубом, дискозалом и круглосуточным баром на крыше, у него оптовая торговля одеждой с Эмиратами, Тайландом и Индией, у него есть лицензия на выпуск печатной продукции, чем он и собирается заняться вскоре, оказывая влияние на власть и становясь более «влиятельным» человеком.
Док сообщает, что в обещанной нам квартире Шридара нет электричества , вернее сказать его там никогда и не было, потому что тот своевременно не подавал какие- то заявки и не довёл процесс оформления недвижимости до ума, что само по себе в духе Шридара и не очень нас удивило. Прежде проживающий в его квартире жилец запитывался как- то от соседей напрямую, что Прадип отмёл сразу и , послав Шридару печальное ,скорее для него, чем для нас известие, мы выбросили из головы этот вариант дальнейшего проживания.

Значит Сиолим! Этот запасной вариант на севере ГОА в небольшой деревушке со всем необходимым. Нам очень жалко расставаться с Палолемом, мы провели здесь две недели, у нас свои любимые места, кафе, знакомые. Но сейчас Палолем готовится к сезону дождей, он пустеет, закрывается и впадает в спячку.
В нашем кэмпе тоже начали демонтировать домики, оставляя вместо каждого груду фанеры с непременным унитазом поверх кучи. До конца мая кэмп тоже исчезнет с лица земли и появится снова лишь в октябре.

15. Северный ГОА- Сиолим- Морджим - Арамболь- Кандолим

 
Сиолим- это рыбацкая деревушка на берегу реки Чапора , мост через которую был построен не так давно, лет десят назад. До постройки моста здесь ходил паром и поэтому все замостные поселения , Морджим, Ашвем, Арамболь, Мардрем, понятное дело , были не очень востребованы у туристов. С появлением моста все изменилось. Теперь весь север ГОА представляет собой некую Мекку для русских, живущих тут и в сезон и в не сезон, уезжающих и возвращающихся снова, ведущих здесь бизнес, практикующих разнообразные психофизические техники на все вкусы и лады, участвующих в интернациональной тусовке Арамболя и снующих повсюду на арендованных байках, с лицензиями и без.

В Сиолиме нет пляжа, поэтому цены на жильё здесь ниже, но здесь есть река, которая видна у нас из окна , и с первого дня нам понятны местные традиции- перед закатом собираться на набережной, сидя на цементном парапете, болтая босыми ногами, свешенными к реке и ждать наступления темноты. Закат будет прямо перед тобою, ежевечерне, каждый раз неповторимым зрелищем, от которого захватывает дух. Лёгкий вечерний бриз создаёт прохладу, что само по себе приятно в эту майскую жару. Течение гонит волны по реке по в одну, то в другую сторону , повинуясь морским приливам и отливам. И если в Палолеме, садясь за столик ресторана и изучая утренний океан в ожидании завтрака, мы говорили- что сегодня показывают? Опять море? То сидя на сиолимской набережной мы говорим- Опять закат ?

Мы занимаем второй этаж дома, наша квартира продувается на обе стороны, что просто необходимо при такой влажности. Хозяева дома живут рядом занимая соседний дом, Мунна с женой и детьми, его пожилая мама, брат с женой.

Север ГОА ,в отличии от Юга ,территория индуистов, темплы повсюду, Шивы,Ханумана, Кали. Оттуда звучат мантры, разносятся запахи благовоний, по окончанию служб участвующим раздают угощения и украшения из свежих цветов. Под огромным баньян- деревом , растущим недалёко от нашего дома, разбит медитационный лагерь учеников одного из индийских гуру. В течении недели по вечерам они слушают видео беседы своего учителя с экрана, установленного специально по этому случаю. Беседа идёт на конкани, местном языке гоанцев. Заканчиваются их встречи с наступлением темноты общими песнопениями, которые сопровождают музыкально происходящий на небе закат, отчего небесное зрелище становится ещё более гармоничным.

Раз в неделю мы ездим в Панаджи, столицу ГОА по делам Прадипа. Мы едим на автобусе до Мапсы, там пересаживаемся. Это маленькие, по индийским меркам, города, но здесь бурлит жизнь, особенно на фоне её нынешнего замирания в прибрежных городках. В манере одеваться местных дам чувствуется влияние португальских колонизаторов, здесь носят платья и юбки, чего не встретишь в других штатах Индии. По окончание мессы в католических приходах прихожанки выплывают в нарядных разноцветных европейских платьях, невольно заставляя задуматься- в Индии ли ты?

Названия индийских городов пишутся и произносятся по-разному, в зависимости от языка или от их прежнего названия . Поэтому Панджим есть не что иное, как Панаджи , Мапса это Мапуса, даже Сиолим кое- где называют Шиволи.

По выходным мы путешествуем. И первая наша субботняя поездка намечается в Арамболь. Лилия из Питера, с которой мы подружились в Палолеме, выдаёт нам целый план путешествия по их любимому Арамболю , и мы воодушевленно идём по плану. Первым пунктом в нем значится кафе Corner, где мы должны передать привет хозяину заведения. Затем мы проходим церковь и ,зачитываясь вывесками полузакрытых в несезон магазинчиков, ресторанов и разного рода предлагаемых услугах,выходим на пляж. Двигаясь до его правого края упираемся в целый городок из домов, ресторанов и торговых рядов, которые ведут нас дальше до следующего пляжа к Сладкому озеру. По случаю субботы Арамболь наводнён приехавшими отдохнуть индийцами, видимо в их программе также числится посещение Сладкого озера, и поэтому узкая и извилистая торговая улица забита двигающимся в одном направлении людским потоком. Мы пытаемся обогнать большую индийскую семью с детишками , те начинают догонять нас. Сидящие в это время в озере группа молодых людей с интересом наблюдала , как ,обгоняя друг друга,к ним приближалась целая группа, которая добежав до озера остановилась , как вкопанная ,ничего не предпринимая. По плану следом за озером шла тропа к баньян дереву и сидящим под ним бабой. Опрошенные нами индийцы явно не понимали про что идёт речь, и интуитивно в поисках баньяна мы полезли в заросли по еле заметной тропе. Пяти минут по джунглям нам хватило, чтобы дружно отказаться от продолжения экскурсии, тем более, что баньянов у нас своих полно в Сиолиме, а насчёт бабы вообще было много вопросов. Всезнающая интернациональная молодежь из ближайшего кафе, по выходу нас из джунглей подробно просветила, что в связи с окончанием сезона, баба тоже уехал на родину, в Лондон , так как никакого интереса сидеть ему там одному, без приносящих деньги туристов нету.
 
Экскурсионная часть нашей программы была закончена, и мы с удовольствием приступили к её неофициальной части, засев в ресторане прямо на берегу.
Следующие выходные мы посвящаем Морджиму, честно пройдя всю ведущую к пляжу улицу, выяснив всю инфраструктуру места, обозрев пляж и окрестности, невзлюбив это место сразу и продолжили недоумевать насчёт популярности Морджима у русских , уже сидя в ресторанчике около пляжа.

На первый этаж нашего дома заезжают новые жильцы, индийский парень Ловприт и русская девушка Полина. Он из Пенджаба, из семьи сикхов, она из Казани. Они молоды, влюблены друг в друга, однако полны противоречий и в силу разных менталитетов и в силу возраста. Они активно пытаются переделать друг друга, и мы невольно наблюдаем эти сражения почти ежедневно. Мы ходим друг к другу на обеды, проводим вечера за совместными беседами то на английском все вместе, то на русском и на хинди по парам.

Так май незаметно подходит к концу, и уже начинаются первые грозы, хотя они и не имеют отношение у мунсуну, но невыносимая жара по ночам уже сменяется чуть ли не прохладой, и сам мунсун уже не далеко.
Теперь по вечерам вместо заката на набережной можно наблюдать тропический ливень с нашего балкона, а парапет набережной теперь используется рыбаками и их жёнами для сушки мелкой рыбешки, которую раскладывают прямо на цементе на радость стаям ворон.

Наши пешие прогулки при любой погоде и влажности определённо нас закаляют и делают выносливыми, и в ближайшую субботу , выбрав для посещения Кандолим и , в частности,его старый форт, мы с лёгкостью выдвигаемся пешком по направлению к форту от конечной остановки автобуса, наивно полагая, что какие- то три километра нам нипочём . Однако, когда на втором километре дорога идёт на подъем в гору , и кроме нас других пешеходов нет, мимо нас в обоих направлениях проносятся только байки и машины, здравый смысл побеждает. Добравшись до вершины горы и обнаружив удивительную смотровую площадку на территории католической церкви с парком, обзорной беседкой, огромным баньяном и лавочками, мы устраиваем привал. Сверху прекрасно видна морская бухта, старинные строения тюрьмы, вереницы прогулочных катеров и дорога, ведущая к форту. Мы сидим под баньяном по очереди, не сказать, что комфортно, видимо сказывается отсутствие публики и денежных поступлений. Кандолим и не думал закрываться на мунсун и покинувших его сейчас иностранных туристов успешно заменяют индийские, их огромное количество, парами, компаниями, семьями. В городе все открыто, круглосуточно работает казино, на дорогах транспортные пробки.

- Прямо Бангалор,- ядовито замечаю я. До ностальгии по сумасшедшему транспортному движению нам ещё далеко, и , вернувшись в свою деревню, мы счастливы, что остановились в ней. Пробки на нашей дороге вдоль реки создают коровы и буйволы, идущие по своим делам, а вместо сигнальной какофонии мы слушаем лай собак, пение птиц , стрекотание белок и звучащие из окружающих нас темплов баджаны.

На первом этаже нашего дома, тем временем, разворачиваются активные боевые действия между Ловпритом и его семьей из Панджаба , включающей многочисленных родственников, раскиданных по всему земному шару. Смысл происходящего в попытке семьи вернуть мальчика в родное лоно или, как минимум, вынуть его из коварных объятий русской Полины, действия же Ловприта направлены на полную капитуляцию противника, принятие семьей за ним права на его собственную жизнь, а самое главное, сохранение при этом возможности за ним и дальше пользоваться деньгами семьи. Именно финансовый вопрос и есть основной камень преткновения сторон, ибо семья так и изложила свою четкую позицию:
- Делай, что хочешь, женись, уезжай в Россию, денег не получишь.
Ловприт, наставляемый Полиной, испробовал для уговоров разные методы и доводы, и то, в основном с матерью. С отцом , по его мнению, говорить бесполезно и даже опасно, тот жестко против, без вариантов. Свое самое секретное оружие молодая влюбленная пара еще не применяла, рассказать о беременности Полины Ловприт не торопится, хотя на мой европейский взгляд, сказать об этом надо и как можно скорее, сердца будущих бабушки и дедушки дрогнут, и вопрос будет решен сам собой. Прадип эту, нарисованную мною идиллию, не разделяет, поддерживая Ловприта- у отца в доме оружие, как только услышит про беременность, застрелит. Противник время от времени прибегает к совсем уже запрещенным приемам, названивая Ловприту и сладко убаюкивая его, мол, невесту тебе нашли, из местных, из богатых(!!!), родители согласны, приезжай, посмотришь . Ехать все - равно придется, у Полины заканчивается виза , и она улетает в Россию. Мы провожаем ее, затем его и начинаем с нетерпением ждать новостей.

16. Другая реальность.

Влюбившись в северный Гоа, мы решаем остаться здесь, и , дождавшись очередного новолуния, с нетерпением открываем дверь в " другую реальность" и бесстрашно шагаем вперед. 

Мы подыскали себе небольшой двухэтажный дом в Сиолиме. На первом этаже расположены кухня и зал, на втором- спальни , для нас и наших гостей. Отсюда удобно добраться как до любой точки северной части штата, так и до центра- Панаджи с его инфраструктурой, необходимой нам для работы, а для наших гостей, не более 20 минут до моря, пляжа и всех прелестей гоанской жизни.

 Сиолимский дом станет нашей новой " дачей", новым объединяющим всю семью гнездом, сюда по мудрому решению наших родителей мы переносим их квартиру, в которой одни могут жить и работать, другие члены семьи заезжать на отдых, оставаясь на сколько пожелают сами или оставляя на воспитание своих детей.
Для открытия планируемого нами интернет кафе, мы подыскали место недалеко от Морджима по дороге, ведущей в Арамболь. И еще одно место в Арамболе подготовлено нами для проведения семинаров, медитаций или занятий йогой. В вечернее время там можно будет показывать фильмы, любимые сериалы или телевизионные передачи. Самим нам не управиться и теперь нам помогает мой сын, работая то в интернет кафе, то по вечерам на показе фильмов. Для него это хорошая практика английского, общения в интернациональной тусовке Гоа , и именно его новые знакомства помогают нам в развитии дела, ведь следующим на очереди- открытие ресторана с площадкой для музыкантов, баром и кухней индийской и европейской.

Моя сестра не просто гостит здесь, это и ее дом тоже, она отправляет сюда своих клиентов, с которыми успешно работала в турагентстве, помогает им здесь в организации отдыха и в аренде жилья. Она путешествует с группами по Индии по нашим готовым маршрутам- Гималаи- Керала. Мы продолжаем сотрудничать с аюрведо центрами Кералы и планируем открыть свой центр для работы в сезон. Пока это будет небольшой коллектив из одного доктора и двух терапистов.

 Вечером мы собираемся все за ужином, темнеет рано , и мы включаем освещение в саду. Оно мешает разглядывать ночное индийское небо, но создает еще больший уют нашему дому, собравшему под своей крышей всех нас, говорящих на разных языках, и пусть не всегда понимающих друг друга .

Мы оставляем открытой эту волшебную дверь, позволяющую нам шастать туда- сюда по реальностям, творить и креативить, подсматривать за работой невидимых сил, всегда помогающих нам на пути, и ,не уставая ,восторгаться их мудрыми решениями в нерешаемых человеческих ситуациях. Мы там, внутри, нас легко найти , зовите, стучите , забегайте! Wellcome !

Индия- Россия- 2007- 2016.



 
 
 
 
 
 


Рецензии
Очень интересно! Узнала совсем другую Индию. Вы описываете знаменитые места, но делаете акцент на своем их восприятии, это привлекает и захватывает!

Светлана Белова 7   30.07.2018 22:30     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.