Душа мастера

В одном городе,  на его окраине, в старом, покосившемся доме жил мастер.
Высокий, худой, с длинными белыми волосами , волосы вились и прядями опускались на плечи, кисти рук, жилистые, покрытые вздувшимися венами, с длинными сильными,  красивыми пальцами, казалось его руки являлись продолжением волос, вся фигура человека представляла собой какую-то нескладушку, рассеянный взгляд блуждал по мастерской, периодически становясь задумчивым уходящим глубоко в себя.

Рассеянность  мастера  вызывала неестественные движения, отчего он, непроизвольно, за что-то цеплялся, превращаясь в ходячее недоразумение.

Но все заканчивалось, когда он начинал работать, лицо становилось одухотворенным и сосредоточенным, глаза загорались внутренним светом, легко и просто он держал кисть, которая начинала свой удивительный танец, порхая как балерина, совершая немыслимые пируэты, кабриоли и револьтады, вращения, прыжки и бочонки, оставляя след на холсте, переходящий в изящную линию, цветовое пятно, изумительную по красоте звучания игру красочного слоя живописи.

Мастер преображался, это уже был другой человек, вдохновленный своей фантазией, он с головой уходил в работу, в его воображении  рождались чарующие мысли и образы, создавая мир иллюзий отличный от повседневных будней.

Художник жил вечно, свои первые наскальные рисунки он начинал рисовать потухшими угольками, вытащенными из костра, в пещере, затем он вырубал контуры животных на скале, заполняя силуэт земляной охрой.

Потом в египетских пирамидах расписывал стены коридоров наполняя их образами фараонов, божественных существ, сценами жизни людей, живущих в разных мирах.
Он творил в древнем Китае, рисуя иероглифы на  рисовой бумаге, в Греции, восхваляя Богов расписывал амфоры в красно - черном стиле, в Италии выкладывал из мелкой мозаики - смальты целые панно, которые  живут уже тысячи лет, как и душа мастера.

Она помнит прекрасную Джоконду, улыбка которой завораживает целые поколения,  росписи Сикстинской капеллы, Святую Троицу, написанную на склеенных липовых досках, выполненных яичной темперой на левкасе, купола Храма Василия Блаженного, огромный холст описывающий бомбардировку баского городка Герника, разрушенного франкистами  до основания, произведение потрясает своей внутренней силой и композицией.

Бессмертная  душа мастера, в которую Господь вдохнул, при ее создании, огонь творчества, раздувает костер, вместе с которым горит сам художник.
И теперь, когда мастер работает, это пламя испепеляет его изнутри, не давая покоя, желание созидать воплощается в полотнах, скульптуре, архитектуре.

Мастер положил кисть, отошел от холста, из плоскости рамы на него внимательно смотрел худой человек, лицо со впалыми щеками , прямым, чуть опущенным носом и удивительно живыми глазами.

Мастер писал автопортрет.
Он писал себя не потому, что ему требовалось видеть свое изображение, нет ему нужна натура, через которую реализовывалась потребность самовыражаться, говорить с людьми языком живописи.

Мастер долго работал, начав с беглого наброска углем, затем сделав подмалевок  он положил следующий красочный слой, после высыхания предидущего еще один, через несколько дней продолжил писать, продолжая укладывать красочные слои живописи, лессируя, покрывая ретушным лаком, и вновь прописывая.

 Иногда ему казалось, что портрет закончен, но внимательно присмотревшись художник оставался
недоволен своей работой,  на его взгляд отсутствовало что то  главное, то неуловимое в портрете, что называется душа.

-Как достичь полного сходства ?
- Познай самого себя, услышал он внутренний голос.
Дни проходили за днями, месяц за месяцем,  мастер стоял перед холстом, работа не приносила ему удовлетворения:" Как мне вдохнуть в этот портрет свою душу !"
К нему приходили друзья и соседи, все в один голос хвалили портрет, находя в нем идеальное сходство.

Мастер благосклонно выслушивал похвалы, но внутренний голос не давал ему покоя.
Художник перестал есть и пить, доводил себя до самоистязания, огонь творчества продолжал гореть , он видел изъян, чувствуя несовершенство , сравнение изображения с натурой было явно не в пользу первого.

Его душа, видя как изводит себя мастер, пожалела
художника , выйдя из тела, перешла на холст.
Мастер увидел как ожил портрет, отойдя в угол мастерской , присел на стул, улыбнулся, закрыл глаза и счастливый, умер. Достигнув высшей цели, которую сам для себя поставил.

На мольберте стоял портрет человека, с удивительно живыми глазами, портрет художника, смотрящего на вас сквозь тысячелетия времени и пространства, портрет начал жить своей жизнью, глазами, изображенными мастером, смотрела на вас
его бессмертная душа.


Рецензии
Блестяще!!!Бравоо!!!

Лариса Белоус   30.03.2018 11:27     Заявить о нарушении
Спасибо Лариса !

Валерий Олейник   31.03.2018 17:42   Заявить о нарушении
На это произведение написано 28 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.