Тень Пушкина

Впервые Кота-ученого я увидела в начале октября 2011 года в палисаднике пред  входом в мой новый дом. Кот возвышался пикой сияющего инея на вершине рукотворной горы из камней белого машукского травертина, расцвеченной ажурной накидкой опавшего лета. Багровые листья дикого винограда, коралловые - сливы и кофейные – грецкого ореха неповторимым орнаментом украсили дворик, тесный от  нагромождения строительных материалов.

Когда я открыла скрипучую калитку, просевшую под тяжестью малахитового плюща, кот не шелохнулся. Только приблизившись к нему, я поняла, что меня притянуло к непрошенному  гостю. На меня пристально смотрело фантастическое существо  фосфорическими глазами, причем правый глаз – ультра голубой, а левый – огниво янтарный. Несколько минут мы завороженно  разглядывали друг друга, пока он не подался ко мне, и тогда я заметила, что это еще очень молодой кот 6-7 месяцев, совершенного белого окраса, пластичный, стройный, с розовым носиком. Кажется, именно о таком коте-красавце в доме я мечтала с самого раннего детства, но сейчас я была в замешательстве. Откуда он взялся, чей он, почему он здесь, перед моим крыльцом, где за дверью уже второй месяц идет капитальный ремонт в квартире, которую я приобрела в ветхом доме – памятнике культурного наследия с историей в 200 лет? Вопросы сыпались по нарастающей, словно  горный обвал. Но ответ возник сам собой, когда я открыла дверь в дом и коту честно призналась: «Смотри, здесь жить еще нельзя, и я пока живу в другой чужой квартире, куда не могу тебя взять».   Я не успела ему еще рассказать, что только три месяца назад я приехала в этот южный городок из Москвы и привезла с собой мою верную подругу и стража – сиамскую кошку, с которой не расстаюсь уже более девяти лет. Кот не стал вдаваться в подробности причин моего не гостеприимства, в два прыжка взлетел на сливу с нее на высокую каменную изгородь и пропал в зарослях сирени.

За время ремонта я каждое утро приходила в дом, чтобы открыть дверь рабочим  и кота видела еще несколько раз, но он больше не подходил ко мне, а наблюдал с травертиновой горы за ходом ремонта.  В дом я переехала в начале декабря, когда полуметровым снежным покровом (весьма редком явлении в этом крае) был занесен и мой маленький палисадник, и высокое каменное крыльцо, и старая виноградная лоза над ним. Кот больше не появлялся.

 Однажды, проходя мимо соседского дома я почувствовала взгляд,  заглянула в окно и узнала кота, но его фосфорический взгляд был выше меня, возможно, он следил за стайкой синиц на ветках тутовника? Мне стало чуточку грустно, что это прекрасное существо сидит не на моем подоконнике, но всё же я была рада, он нашел себе дом, и больше беспокойные мысли меня не будут терзать, когда вьюжной ночью услышу протяжные стенания за окном.

Пришла весна. С весной пришел в мой дом кот. К маю во дворике расцвела белая махровая сирень, сливы окутались обильными бело-розовыми цветами, над которыми кружили веселые пчелки и пестрые бабочки, а с рассвета воздух пронзало пение неизвестных мне птиц.  Для меня - коренной москвички, как и моей кошке  все эти запахи, краски, звуки были новы и удивительны, поэтому я с первыми лучами открывала входную дверь настежь и садилась на золотистые от солнца камни крылечка, над которым аркой заплетались ярко зеленые побеги виноградной лозы, в палисаднике распускали тугие бутоны белые тюльпаны, а гиацинты насыщали дворик густым сладким флером.   Я впитывала весну всем своим существом впервые.

Именно в подобное прекрасное утро я вдруг услышала необычный визг одновременно с  утробным шипением, которое издавала моя милая домашняя кошечка. Обернувшись, я увидела её с выгнутой спиной и с торчащей шерстью, как у ерша иглы, пред ней стоял мой давний знакомый разноглазый кот и невозмутимо рассматривал кошку. А затем также невозмутимо повернулся и медленно, белым лебедем, проплыл между нами в распахнутую дверь. Мы с изумлением двинулись за ним. Кот прошелся по всем  комнатам первого этажа, внимательно изучая каждый предмет, и затем удалился во двор, где забрался на травертиновую гору и теперь сверху посматривал на нас. Вот так постепенно, кот вошел в наш дом и приучил всех, что он может приходить и уходить  когда ему пожелается.

Я много видела и имела животных в доме, но с подобным существом встретилась впервые. Мы сначала его называли – Кот Ученый  за гордую осанку, стать, тонкую интеллигентность и удивительную способность не просто понимать речь человеческую, но и считывать мысли. В своих манерах общения он превосходил многих людей, были даже в его этике общения какие-то старомодные элементы. Ему не нравилось, когда повышали голос, когда в его адрес проявляли фамильярность, панибратство или неподобающе шутили, - он мог обидеться и гордо уйти.  И в то же время он – самое чуткое и нежное существо, ибо когда заходит в дом или встречает во дворе, то громко  приветствует «мурмявом»;  любит разговаривать, смотреть некоторые телепередачи и разглядывать себя в напольное зеркало. Но более всего меня потрясло его преклонение пред иконой. Несколько раз я заставала его, как он запрыгивал на столик пред ней и, опустив голову на передние лапы, надолго преподал пред образом.  Однажды, войдя в темную комнату, я вновь его застала пред святым ликом, из прихожей светил яркий луч, и я увидела, что из глаз кота текут слезы. Не удержавшись, я сняла его тогда на телефон и стала выставлять на своем сайте фоторепортажи о нем в блоге «кот ученый».

К соседке, которая называла его Пушком, кот заходил все реже и к осени стал жить на два дома.  А я почему-то стала называть кота Пушкиным, возможно, по аналогии с Пушком, а может, потому что после его появления я решила в этом доме сделать музей «Пушкинский Дом на Кавказе». Неожиданно для себя и окружающих, благодаря "Пушку", я приобрела статус дипломированного мецената - основателя музея, дабы сохранить и дать возможность всем желающим прикоснуться к стенам, ощутить Дух и энергетику дома, в котором в 1820 году жил великий Поэт-пророк, оставивший здесь свою тень.


Рецензии
Все знают, насколько Папа Бенедикт XVI любит кошек. Кардиналом Йозеф Ратцингер кормил хвостатых бродяжек на улицах Рима, а став Папой – протащил двух котов в Ватикан. Во время же своего недавнего визита в Великобританию Папа неожиданно для всех встретился с котом Бирмингемского Оратория, которого зовут Пушкин. О. Ричард Даффилд, провост Оратория и организатор процесса по беатификации блаж. Джона Генри Ньюмена, был ответственным и за то, как проходила сама церемония его причисления к лику блаженных.
По его словам, весь папский визит прошел с большим успехом, как и ожидалось, несмотря на все предшествовавшие ему «громы и молнии». Особо трогательным моментом стало для о. Даффилда то, как прихожане его Оратория получали Причастие из рук Понтифика. Надолго запомнилось, как Папа молился в покоях кардинала Ньюмена - основателя Оратория. Святой Отец осмотрел церковь, помолился в часовне блаженного и в его личной комнате, а также пообщался с сотрудниками и общиной. О. Ричард преподнес Папе розарий, принадлежавший кардиналу Ньюмену, в коробочке, специально для этой цели изготовленной прихожанином Оксфордского Оратория плотником Джоном Ливером.

Кроме того, о. Даффилд обеспечил встречу Папы с еще одним очень важным членом Бирмингемской общины. После приватной молитвы в комнате кардинала Ньюмена Папа спустился на нижний этаж на лифте. Стоило дверям открыться, как посылалось кошачье мяуканье. Папа был приятно удивлен. Провост побежал за командой Ватиканского телевидения и фотографом, которые уже собирались покинуть Ораторий. Те кинулись обратно и запечатлели историческую встречу.

Один из членов общины, о. Антон Гузиель, представил Папе черного полуперсидского кота. Бенедикт XVI был рад познакомиться с животным, на шее у которого была ленточка геральдических цветов Папства – белая с желтым. Он осведомился о возрасте кота (ему десять лет) и по-немецки сказал польщенному Пушкину – так его зовут – что тот очень красив. В ответ кот протянул Понтифику лапу, которую тот с улыбкой пожал, после чего почесал Пушкина под подбородком и потрепал за уши. По словам о. Антона, который все это время держал кота на руках, на протяжении всей встречи Пушкин «соблюдал величавое молитвенное молчание». Священник привез кота с собой два года назад, когда присоединился к общине. В обязанности Пушкина в Оратории входит приветствовать посетителей, он также поддерживает переписку с принцессой Кентской – еще одной известной любительницей кошачьих.

Как говорит о. Антон, после визита Папы Пушкин стал еще важней, чем прежде. Кот предполагает, что будет включен в список, по которому на Рождество от имени Папы рассылаются поздравительные открытки.

Марина Байрос-Боголюбова   18.05.2015 11:03     Заявить о нарушении